Предисловие: 
Фредерик Эдвин Чёрч (Frederic Edwin Church, 1826 — 1900)
музыкальное сопровождение ИИ Придя к подножью спящего вулкана,
вдруг понимаешь, грозная стихия,
отдав всю необузданную силу
под мантией укрылась ку-клукс-клана.
Загубленные линчеваньем души
в глубинах скрылись каменного храма,
где в недрах рдело огненное знамя,
там ярость с пеплом вырвалась наружу.
Из кратера, как из дымящей раны,
струилась лава прошлых злодеяний,
то пасть дракона, извергая пламя,
мир осветила вспышкою багряной.
И в душах зародив слепой контагий,
излила сущность пагубных страстишек.
Умолкла. И стоит, почти не дышит,
в гранитном укрываясь саркофаге.
И ощущая привкус жжённой серы,
сердца в груди стучат совсем глухие,
навязанная бродит истерия,
клокочет магма, будоражит тело.
Несдержанная то кипит гордыня,
скрываясь под личиной филантропа,
и возведя свой собственный Акрополь,
из жерла жизни вышла и остыла.
Контагий (лат. contagium — зараза). Заразное начало, могущее служить к переносу болезни от одного к другому.
|
Послесловие: Клавдия Брюхатская (Залкина)
Надсадно кашляла Земля,
Выплёвывая пепел с лавой,
Сжигая в пламени огня
Живое всё и след корявый,
Как лапы неизвестных птиц,
Могуче-крепких и шершавых,
Ложился вольно без границ,
Скрыв на века цветы и травы.
Очистив тесное нутро,
В изнеможении планета,
Дохнув прохладою ветров,
Рванулась к новому рассвету.
Станислав Зарудний
И я стою у спящего вулкана,
И понимаю: костры Линча неизбежны,
Где правят силы тёмные успешно,
И видно, они в масках Ку-клукс-клана.
Я представляю: льют смолу и поджигают,
Природа корчится, огонь сжирает время,
Из кратера льют магму прямо в семя,
И пеплом заживо живое засыпают.
Так города и умирали, видно, стоя,
В прошедшем им неведома та сила,
Которую природа разбудила,
Таков закон был на заре постоя.
И города «заснувшие» по ходу отрывали,
И приходили новые здесь люди,
Хитрей, умней, держали они ульи,
И рыбок дома, что предупреждали.
|
