И он родился в январе —
Сквозь боль,
Сквозь крик,
И мокрый материнский лик.
И он кричал, просил…
Но, заробев пред нами,
Нежно сник,
К теплу руки привык,
Прилип,
Отдавшись полностью,
Открыл в себе неведомо пространство,
Обрёл,
Зажил,
Подрос.
Но так и не смог в себе понять,
Принять тех странных и пустых страстей,
Тех неродных ему людей…
Он — Аутист.
Он отвечал ни «да», ни «нет»!
В общине зрел скандал.
Звериный, хищный, не людской оскал
Навис скалой,
Надвигался чёрною волной —
Ему не страшной.
Лишь сердце, меньше кулачка,
В его груди стучало без конца,
Не видя мук страданьям тем конца.
Он умер очень молодым…
Для большинства он был «дурным».
Лишь стая белоснежных голубей
Так и живёт, общаясь с ним. |
Его заботы — не такие, как у всех.
Его особый, тихий, добрый знак,
Который видим мы лишь смех.
Не громкий смех, а лёгкий, словно пёрышко,
Взлетающий под небо, невесом.
Его тропинка — словно шёлковое стёклышко,
Не всем дано понять, что скрыто в нём.
Он аутист. В мир он заходит плавно,
Неторопливо, не бросаясь в шум.
Его движения — таинственно да, странно,
Как отпечаток глубинных дум.