Я изгой с печатью на челе,
Мои раны гнойные открыты...
Радость прежняя в земле сырой зарыта,
И лишь мать горюет обо мне...
Проклиная горькую судьбу,
Я бреду обочиною жизни.
И съедают душу мою слизни,
А сама напомню голыдьбу...
Ах, за что мне это? Не пойму...
Я не крАла и не убивала,
Лишь гордыня взор мой застилала,
Оттого так низко я упала,
В ад кромешный из мирского бала... |
Извести мужчин до дна!
Может совесть помешала?
А, ей гордость запрещала.