Подбиралась зима к нам осенью,
Незаметно, загадочно.
Выбирала сама, что с проседью
Заприметить нам красочно.
Отвлекала днём, хитро, солнышком,
Помечала, что значимо,
Испытать захотела до донышка —
Свыше что предназначено.
Растерялись мы, что‑то с памятью —
Холодами запутала,
Заменяли снега мы слякотью —
Хохотала беспутная.
Как привыкла она — доверчивы,
Что не мы — ей быть смелою.
Да безвыходность опрометчива —
Как и ты, что я сделаю?
Заскользили мечты из прошлого,
Надоели изделия.
Доходили и были взрослыми
И посмели стать смелыми.
А в лесу затихали голоса,
Шелест листьев, птичьи чудеса.
Ветер шептал: «Пора, пора,
Зима идёт — ей верить пора».
Туман стелился над рекой густой,
Прятал берег, мост живой.
В нём таилась зимняя мечта,
Белой сказкой быть должна она.
Мы смотрели вдаль, в седую даль,
Где терялся день, как печаль.
Но в груди теплилась искра,
Что весна вернётся — наверняка.
А зима смеялась за спиной,
Покрывала инеем покой.
На окнах рисовала узор,
Будто шёпот: «Скоро, мой взор».
Первый снег упал, как первый знак,
Лёг на крышу, на старый сад.
Растаял тут же — но знал наверняка:
Завтра будет больше, на века.
Деревья стояли, склонив ветви,
Ждали зимы, в молчанье святы.
Каждый ствол, каждый сучок живой
Чувствовал: близок час неземной.
Мы кутались в шарфы, шли домой,
А за нами — след ледяной.
Зима догоняла, дышала в спину,
Говорила: «Я не причина, я — картина».
Вечер опускался, синий, строгий,
Звёзды зажигались у дороги.
В каждой искре — зимний свет,
В каждом вздохе — её ответ.
Фонари горели, как маяки,
Отражались в лужах, в глазах тоски.
Но внутри — тепло, огонь горит,
А зима за окном — пусть шумит.
Она стучала в окно слегка,
Шептала: «Открой, я не жестока.
Я укрою землю, дам покой,
Ты увидишь мир совсем другой».
И мы поняли: в её игре
Есть и радость, и добро в серебре.
Приняли зиму, впустили в дом,
Где тепло, где уют, где мы вдвоём.
Так сошлись два мира — свет и тень,
Осень с зимой, день и день.
В сердце — мир, в окне — метель,
А в душе — тихая, светлая цель.
Утро встретило нас белизной,
Снегом чистым, тишиной живой.
Мир преобразился за ночь одну —
В зимней сказке мы наяву.
Дети лепили снеговика,
Смех звенел, как струна звонка.
Зима смотрела — и в сердце её
Проснулось что‑то, давно забытое своё.
Так и живём — среди вьюг и огней,
Среди морозов и светлых дней.
Зима больше не кажется строгой порой —
Она стала частью души живой.
|
