Разрытая дорога вспенилась щебенкой:
Как не ступи - ноги не уберечь.
Влетала в уши божеская речь.
Я, помнится, когда-то был ребенком,
И Пасху так любил, того не понимая сам,
За кулича хрустальную верхушку.
Все остальное мне разве было нужно ?
Но необидчивые были в моем детстве небеса.
Теперь же, кажется, за всякую задумку
Мне выщипают перья, чтобы больше
Лететь не смог. Так я не труп? Я мощи, да?
(И Бог в молчании накатывает рюмку).
|
