Рожала меня мать, под взрывы бомб,
В июле жарком. И в году, в том, в сорок первом.
Рожала в поле, потому что в её дом,
Попал снаряд, оставив ей воронку с пеплом.
А утром, рано, шли эсэсовцы по полю.
Они шли цепью. Чтоб мой плач им был не слышен,
Она к груди меня прижала. И до боли,
Кусала губы себе в кровь, шепча мне: "Тише... ".
Из них, заметил нас один. Затвором щёлкнул,
И повернул ствол автомата. Но увидев,
Как моя мать меня собой закрыла, дрогнул.
Так и не выстрелил. Как будто обессилив.
И развернувшись, зашагал, топча колосья,
Уж перезревшей, пересохшейся пшеницы.
А мы остались. В это поле точно врос, я!
Став его детищем. Молекулой. Частицей…
|
