В тех дачных комнатах, где пахнет пылью, чаем,
где время, в общем-то, сужается до пятен,
радушно скатерть так приветливо встречает
того, чей замысел был точно непонятен.
Словарь листая, нахожу там слово «дача» —
бунгало, где спасают души в час ненастья.
Да только «дачник» — экстремальная задача,
всего прописка в топографии строк счастья.
Не понарошку эти грядки, эти люди,
и выпавший из времени осадок лета,
скопленье множеств никого давно не судит
реальностью. Нет строгих правил, нет запретов.
Фарфоровый садится в центр стола заварник,
в ладонях потных, веселясь, хохочут чашки.
И взглядом въедливым встречает всех кустарник,
лоб морщит подоконник, и бежит букашка.
Все говорят по-русски. И гуляет вечер.
Внутри остатки дисциплины. Кто-то точит
латынь от универа, пальцем крошит крекер,
держать удар умеет сахарный кусочек.
В учебном заведенье нет ума палаты,
оно муштрует тело, разум многослойно,
и навык держит, не прося себе зарплаты.
Лепи себя ты сам, как саженец крыжовник.
И он вылепливает. Вилка въелась в мясо.
Крик «Вздрогнем!» кубарем летит с веранды.
Это не шутка для собравшегося класса,
это начало. После третьей — все команда.
Мистификация у этих декораций,
что отличает обезьян от сходок дачных...
В пространстве этом затерялся обыватель,
хранящий всевозможный хлам идей чердачных.
|
В любом случае - классно.