Теперь уже не важно с кем ты спишь,
В имперских складках старого халата.
И ловишь взглядом городскую тишь,
где осень лишь за прожитое плата.
Придёт зима, как старый кредитор.
Предъявит счёт за всё что почернело.
И пальца твоего немой укор,
пронзит пространство -истинную мелочь
Там в стороне пророков и песков,
ты вспомнишь вдруг тепло в начале лета.
Где крики ласточек пронзают небосвод,
Но это в титры вряд ли попадёт.
Вчера
В пространстве где отсутствует "вчера"
любая близость-только тренье кожи.
И близорукость лучшая игра,
для тех, кто на богов уже не схожи.
Пусть серафимов нет,лишь ведьм конвой,
и кислород глотается с потугой.
Ты остаешься с этой тишиной,
как с вором которого застукал.
И бога уже нет, как нет вчера.
Есть только осень, слякоть и морозы.
И жизнь, что начиналась и цвела,
теперь-всего лишь память от склероза.
|
