Однажды у старого дома собрался
На маленькой площади бедный народ.
Там чёрный монах убедить всех старался
И всем говорил, что ни слова не врёт.
«На солнце увидел я тёмные пятна,
Знать, солнышко гаснет, и дни сочтены.
Без солнышка – даже ребёнку понятно –
На небе не будет и нашей луны!
Конец нашей жизни приблизился, видно,
Без света здесь будет кромешная тьма;
Не будет теперь у нас лета – обидно!
И ждёт нас без солнца сплошная зима».
«Увы нам!» – заплакали и закричали
Все дети и женщины, и мужики.
И, головы пеплом посыпав, в печали
Пошли, кто в пустыню, а кто в кабаки.
Но тут повстречался им мо́лодец статный,
Но среднего роста и лет тридцати.
«Идите», – сказал он, – спокойно обратно;
Я знаю, как эту беду отвести.
И я утверждаю, что всё это враки;
Не надо нам на уши вешать лапшу;
Никто не оставит планету во мраке;
Я солнце погасшее вновь воскрешу!
Чтоб солнце сияло, всего-то и надо
Почистить его и немного помыть.
Я сделать готов, но за это в награду
Сначала меня вы должны накормить».
Народ засмеялся, вздохнув с облегченьем,
Как будто упал у них камень с души.
Кормили «работника» мёдом с печеньем,
Совали в карманы рубли и гроши.
Народ у нас славный, в нём нет червоточен.
Рабочий ли пахарь – но всяк молодец.
Народ у нас славный, наивен вот очень.
Его обмануть может каждый подлец.
На утро собрался на старую площадь
Счастливый народ провожать молодца.
В телегу впрягли ему чалую лошадь,
А кто-то принёс целый таз холодца.
И мо́лодец статный, но среднего роста,
Добра нагрузив и еды целый воз,
Спокойно уехал, так буднично, просто,
И дочь бургомистра с собою увёз.
А солнце всё так же сияло, светило
И даже не знало, что Солнце оно.
И гаснуть совсем не спешило светило.
А верить всем на слово просто смешно! |
