Шёл третий час войны. Огнём посечены,
Слезинками смолы из каждого рубца
Рыдали тополя. И гибли пацаны,
За Родину свою сражаясь до конца.
Ещё спала Москва, встречая выходной,
На смену караул шагал вдоль стен Кремля -
А запад громыхнул начавшейся войной,
На "до" и "после" жизнь Отечества деля.
Так мал заставы штат - и роты не набрать,
Гранаты, пулемёт да шестьдесят штыков -
И прёт стальной волной тевтонцев злобных рать,
Ты их остановить собою будь готов...
Был страшен артналёт - исподтишка, под дых,
Казалось - путь открыт, казалось - цель близка,
Всего делов - пойти, добить ещё живых...
Но встретил залп в упор немецкие войска.
Костяшки на руках о кирпичи разбив,
Из-под руин казарм оружие достав,
В один кулак собрав всех, кто остался жив,
Вступили в бой бойцы расстрелянных застав...
"Держаться! Даст отпор жестокому врагу
Великая страна - ударом на удар!" -
Подняв бойцов в штыки, споткнулся на бегу
И рухнул в лопухи убитый комиссар.
А дома, где ещё не знают о войне,
Чадит у образов лампады фитилёк,
Тревожно шепчет мать, забывшись в полусне:
"С границы в дом родной вернись живым, сынок"
Шестой, десятый штурм, редеет гарнизон,
И, шнапс приняв на грудь, фриц вновь ползёт вперёд.
Под бомбами горит и плавится бетон,
Но флаг не спущен наш на вышке у ворот.
Поднялся летний день. Без связи, без воды,
Не ведая, что здесь - уже глубокий тыл,
Мальчишки-погранцы, бесстрашны и горды,
Сражались. Ни один из них не отступил.
Шёл третий час войны. Огнём посечены,
Слезинками смолы из каждого рубца
Рыдали тополя. И гибли пацаны,
За Родину свою сражаясь до конца. |
