Есть дом заброшенный и старый,
В колючей проволке забор,
Истлевший весь, но всё ж стоящий,
Внутри темно, черно и смерть,
Не сжечь в чернеющем огне,
Остатки зла, поленья злобы,
И в страхе злости темнота,
И не горят те угли вовсе,
Там дверь болтается, скрипит,
На ней рукою мёртвой надпись,
Что там, за нею только смерть,
И, нет, идти туда не надо,
В кровати, в ворохе белья,
Лежит Беар, иль Зоя, что ли,
А в ванной карлик-дед, ну, да,
Выходит, топчется с спросонья,
За ним в лачугу входит смерть,
Ну, был дружок мой, однокашник,
Он звался Серж и умер он,
Убили местные по пьяни,
Ну, а до этого - корабль,
Был или вышка в океане,
И там летала смерть, как шар,
Смешарик, а внутри двухвостка,
Она упала из него,
И в пол, во трещинки скользнула,
Её прибить хотел, но хвост,
Её уполз сквозь дыры в досках,
Смерть просочилась в нашу жизнь,
Горстями липкими, с посудой,
С едой кровавой, примесь, вой,
Её едим мы все с простудой,
Не лучше ль выкинуть в окно,
И в топке смерти сжечь болячку,
Что заболели мы давно,
Чумой коричневой, невнятной,
Холодный пот на коже, слизь,
Зубов остатки и объедки,
В анналах будущих побед,
Одно говно и пересадки,
У вечных ангелов трюмо,
А в нём несказанное диво,
Смотрящий, пьяный шапито,
И только Бог – любовь, красиво!
29 июня 2026 |
