По чашке крепчайшей отравы нальёт декаданс
Вместо кофе усопшим под вечер свободным душам.
Яд, что лечит в позднюю осень простуженных,
В другое время дарит последний шанс
На покой. И мысли слетают под звуки дарквэйва
С горячего от бессонницы, музыки разума.
В чёрных и синих тонах не противопоказаны
Картины глазам, не привыкшим к дневному свету.
Вечер простится холодной багровой улыбкой,
Растянутой за крестами по линии горизонта.
От холода нОчи не спастись под широким зОнтом
Среди фонарей, что делают темень зыбкой. |
