После чуда

Сумерки, как бесформенное марево, опустились на море. Время суток, которое больше всего не любила Ассоль, но зренье гробя в дымке океана, всё также высматривала шхуну. Это был уже не тот алый «Секрет», навстречу которому бежала она, ещё не веря своему счастью, захлёбываясь переполнявшим её чувством. Да и не «Секрет» вовсе. Это была красивая бригантина под белыми парусами, что курсировала пока в каботажном плавании вдоль берегов Гринландии.
Маленькая Фрейзи спала в кроватке, уютно причмокивая во сне. Ужин, заботливо приготовленный, остывал. Как же ей хотелось угодить Грею! Но когда он возвращался домой из плавания, едва касался губами щеки жены, скидывал одежду и шёл в спальню, часто даже не притронувшись к еде.
Удел жён моряков – ждать, ждать и ждать. И Ассоль ждала. Выходила на балкон красивого дома, слушала шум моря и вспоминала сладкий миг, когда увидела алые паруса. Она надеялась в тот необыкновенный день, что это начало огромной любви, а оказалось началом конца. Тогда в Каперне, прорываясь через гудящую толпу к морю, где на ветру развевалась её алая мечта, она знала – счастливее просто невозможно быть. В принципе, да – этот день и был пиком счастья. А дальше … Что было после чуда? Жить романтикой не получалось, потому что алые паруса возможны лишь раз, ныне шёлковая материя пылилась в подвале. Иногда Ассоль думала, что не мешало бы приобрести очки с розовыми стёклами, и тогда белые паруса бригантины будут казаться алыми – и снова придёт счастье. Но то самое чудо, предсказанное ей когда-то, которого она так ждала, уже свершилось. Чудо не может быть вечным. Сначала Ассоль была в эйфории и ничего не замечала. Хотя, наверное, трудно было не увидеть, как потухли глаза Грея, как рвался он из уютного мирка нового красивого дома. Куда, в какие дали?
Он любил маленькую Фрейзи. Иногда подкидывал её к потолку и улыбался, услышав задорный смех пухленькой розовощёкой дочки. Он шептал ей на ухо какие-то слова, и они с пониманием смотрели друг на друга, не посвящая Ассоль в свои тайны. Возможно, он обещал дочери призрачное счастье на алых парусах…
Шло время, и Ассоль с ужасом осознавала, как с каждой минутой Грей отдалялся, и трудно стало разглядеть его в туманной дымке былого счастья. Его не интересовали домашние заботы. Тесно. Не хватало океанских просторов, новых впечатлений и загадочных миров. И прекрасный дом без него казался Ассоль хуже той лачуги, в которой она выросла в любви и заботе.
Однажды до неё дошли слухи, что в Лиссе видели шхуну с алыми парусами. Она спустилась в подвал и с удивлением обнаружила: шёлковой материи её счастья нет на месте.
Когда Грей, как всегда усталый, не сказав ни слова, подошёл к лестнице, ведущей в спальню, Ассоль лишь проводила его печальным взглядом, но утром не выдержала:
– Грей, скажи, где находится то, что я считала своим счастьем? Куда делись алые паруса?
– А ты ничего не понимаешь, Ассоль? Представь, сколько ещё девушек на свете ждут чуда, высматривая его из глубин океана. И сейчас, и потом, и через много-много лет. Надо дать им это чудо. Ты же знаешь, новая душа будет у каждой и новая у меня. Я не могу запереть себя в маленьком мирке нашего дома. Я должен своими руками творить чудеса.
– Но как же я? – Ассоль слушала слова своего принца и никак не могла принять их.
– У тебя есть дом, деньги, дочь. Я у тебя есть. Но не будь же столь эгоистична.
Грей надел свежую белую рубашку, заботливо выглаженную женой, и ушёл творить чудеса.