Весна. За окном яркое солнце, птички поют. Первоклашки щебечут и визжат в школьном дворе. На улице тепло, даже жарко. Весь кабинет залит солнечным светом. Скоро начнётся урок физики.
Евреи празднуют пасху. Вернее сказать — мы празднуем еврейскую пасху. Потому что у нас все праздники общие. Любой праздник — это праздник! И вся школа ходит довольная. Жуёт традиционную выпечку, бьется яйцами. Это конфеты, пасочки, мутаки, халва, фрукты, орешки и т.д.
Сидим с Рахматуллаевой Тамилкой в первом ряду на последней парте и издалека смотрим на свой класс.
Мы вместе проучились восемь лет, а кое с кем даже ходили в садик. Все такие разные. Как сложится у них судьба? Кто-то уже определился куда пойдёт учится, кто-то нет…
В нашем классе тридцать один человек. Шесть русских, шесть евреев, пять азербайджанцев, четыре лезгина, еще есть даргинцы, аварцы, кумыки, украинцы, агулы, табасаранцы, армянин. У кого- то мама одной национальности, папа другой… Поэтому и праздники у нас общие. В марте мы празднуем Новруз Байрам и весь класс чинно ходит друг к другу в гости, объедается домашней выпечкой, пахлавой, фруктами и конфетами. А мясо со шпинатом и каштанами! Просто объедение! Затем армянская пасха с пловом и крашенными яйцами. Потом еврейская с мацой, русская с куличами и яйцами и так далее.
Шихмейстер Надюшка сидит на третьей парте у окна. Она то и угостила нас тончайшими пластинами мацы. Похрустывая мы хохотали, потому что Тимур на полном серьезе заявил, что будет гинекологом…
Мадина выбирала между стоматологией и бухгалтерией, хотя с цифрами она вообще не дружила… Эльмира твердо решила стать учителем. Я мечтала о многом, но не могла выбрать...
В кабинет вошел преподаватель и объявил, что сегодня очень сложное и очень нужное практическое занятие по изучению проводимости электрической цепи. Работаем в парах, как сидим за партами. Всем выдали схему и детали среди которых была — новенькая, блестящая, интересная катушечка с медной проволокой!
Стоя в начале кабинета у доски учитель что-то объяснял. Повысив голос на фразе: «Никто не собирает цепь, и тем более её не включает пока я не скажу!» — он направился к щиту.
Однако было поздно… Видя перед собой схему мы её очень аккуратненько и быстро собрали. Интересно же! И тут что-то щелкнуло, лампочка в сети погасла, а из зловредной катушки появился белый, тоненький дымок.
Учитель, не сдержав эмоций, подпрыгнул у доски и воскликнув: «Я кого предупреждал! Ничего не включать!» — развернулся и огромными шагами пошел к предпоследней парте третьего ряда, где сидел наш озорник Гаджиибрагимов.
-Гаджиибрагимов, ослу легче объяснить, чем тебе! Зачем цепь замкнул? Восемь классов и … до свидания! Все двери ПТУ для тебя открыты! И что бы в девятом я тебя не видел!
- Ничего я не делал! Хочу и буду учиться! Что вы мне указываете. Что школа, ваша личная что ли? Этот будет учиться… Этот мне не нравится, не будет учиться!
- Не груби учителю!
Мы, испугавшись, выдернули катушку из цепи и засунули её в парту. Из парты появился белый предательский дымок. Прижав книгу к животу (вернее где он должен находиться) я придвинулась к парте. Вроде дыма нет.
Но через несколько секунд этот противный, вонючий дымок вылез через кругленькое отверстие в столе. Рахматуллаева хватает тетрадь. Взмах…
Стараясь схватить её за руку и заглушая крик в горле, я прошипела: «Цума, цума!»
Но получилось очень громко. Весь класс перепугано смотрел в нашу сторону. Кое кто побежал к окну…
— Где цума? Какая цума?
Большие карие глаза Тамилы стали еще больше от удивления. Как говорят- вылезли из орбит. Она застыла, боясь пошевелиться. Но было поздно… Пластиночки мацы, лежавшие в тетрадке, взметнулись в верх и полетели фейерверком на соседние парты. А тетрадь, по законам физики, огибая дугу, полетела в дальний конец класса.
- Это что такое?! (такого он точно не ожидал)
Теперь уже учитель орал на нас.
-Хватит хулиганить. Уберите мацу с парт, урок идёт! Устроили базар!
Мальчишки облегченно вздохнули. Мы приняли огонь на себя…
Я сидела не шелохнувшись, делая серьезный вид собирая цепь. Противный дымок ехидно выползал, я его запихивала обратно. Наконец-таки катушка успокоилась.
А вот Тамилка лежала на парте умирая со смеху…- «Цума!»
Полагаю, на том уроке сгорело несколько катушек…Зато мы его надолго запомнили.
