Когда-то давно кино считалось необычайно престижной и популярной сферой деятельности. А киноактёры, если кто помнит, простым людям представлялись настоящими небожителями... почти космонавтами. Тогда-то в моём странно-амбициозном сознании и затеплилась наивная, недосягаемая, как звёзды, мечта стать артистом и сняться в кино в какой-нибудь роли...
Мои близкие и дальние родственники, так же как и друзья, были страшно далеки от кинематографических профессий, а сам я о том, как подступиться к осуществлению мечты, имел довольно смутное представление. Театральный вуз при конкурсе двухсот человек на место казался совершенно нереальным... к тому же я прозевал начало экзаменов, поэтому кинулся поступать в технический, но благополучно завалил физику и отправился выполнять почётный долг гражданина, впрыгнув в кирзовые сапоги.
Два бесконечных года всё-таки прошли, и, вернувшись домой, я привёз в модном тогда "кейсе" пачку армейских фотографий, тетрадку переписанных песен, более окрепшую мечту о кинематографе и решение летом всё же поступать в театральный. А пока, в оставшееся время до поступления страстно хотелось попытать счастья на киностудии... и вчерашний солдат смело поехал на "Ленфильм" устраиваться актёром.
С замирающим сердцем открыл я дверь киностудии, подошёл к телефону, что висел перед проходной, нашёл в списке отдел кадров и набрал номер. Рука, держащая трубку, повлажнела.
– Отдел кадров. – Ответил равнодушный женский голос.
Я сказал, что хочу устроиться на работу.
– Кто вы по специальности?
– Специальности пока нет.
– Так... Значит, вы актёром хотите? – в голосе послышалась ирония.
– В общем да...
Работница тихо сказала кому-то в сторону: "Пришёл актёром устраиваться".
– Молодой человек, там на входе висит доска объявлений... посмотрите, найдёте что-нибудь по душе – перезвоните нам.
– Почему вы решили, что я молодой человек? – зачем-то спросил я.
– По разговору. – Чувствовалось, что женщина улыбается.
Я поблагодарил и повесил трубку. Подумал: "Неужели фейсом об тэйбол?".
Внимательное изучение доски объявлений "Требуются" окончательно разочаровало: для работы на киностудии приглашались сантехники, плотники, электрики, разнорабочие, дворники... Об актёрах не было ни слова. Режиссёры и операторы тоже не упоминались, не требовались даже их ассистенты.
Вышел из студии и сел на скамейку в сквере обдумать фиаско. В это время проходящая мимо женщина... опять не поверите: внимательно посмотрела на меня, остановилась и спросила:
– Молодой человек, хотите сниматься в кино?
Вот так. Ни больше, ни меньше. Сколько раз в мечтах слышал я эту фразу! "Неужели тарелочка?", – сказал бы Шура Балаганов.
– Так точно! – на радостях выпалил я по-военному. Женщина улыбнулась:
– Отлично. Приходите завтра к восьми утра в актёрский отдел, скажите, что вас пригласили на фильм "Строговы". Не забудете? "Строговы".
– Никак нет!
Прекраснейшая из женщин опять улыбнулась:
– Нам нужен такой боевой! До свидания.
– До свидания! Спасибо!
Ха! Увидеть бы сейчас лицо той шутницы из отдела кадров!
Ночь прошла без сна: думал, какую дадут роль... наверное, будут кинопробы? Может, актёрские способности станут проверять, прочесть что-нибудь попросят? Вспоминал и повторял стихи, которые знал наизусть.
Обшарпанный коридор актёрского отдела был набит хмурыми людьми с заспанными лицами; хлопали двери, толкались вновь прибывающие. Какой-то человек, вероятно, здешний распорядитель, увидев мою растерянность, сказал, что на "Строговых" надо занять очередь и записаться в ведомость, что народу сегодня будет много, объект – театральный зал. И тут меня постигло горькое осознание того, что приглашён я всего лишь в массовку... Неуверенно поплёлся в конец очереди, спросил машинально:
– Кто последний?
– Держитесь меня, – ответила симпатичная девушка и посмотрела приветливо.
"Что ж, – вздохнул я, – массовка так массовка... с чего-то же надо начинать".
