Хоть церковная, хоть армейская – всё служба

всё было спокойно.
          Он затопил печь и теперь сидел, глядя на огонь, что плясал на поленьях и на дымок, который клубами выходил из угольков.
          - Не надо нам больше войн, - произнёс отец Дионисий. – Ой, не надо. Через три дня первое сентября, дети учиться пойдут. Родителям работать надо. Пусть это будет только мирный труд. Исключительно мирный.
          Он поднялся и чуть-чуть прикрыл печные вентиляционные отверстия.
          «Выходит, везде служба, - подумал отец Дионисий, - хоть в армии, хоть в храме. И любая она, эта служба, для людей. И всё-таки мирная жизнь лучше. Пусть не будет больше военных действий. Нигде. Ни в России, ни где-то ещё на земле-матушке. На страже спокойствия орудия, те же «зэсэушки» пусть стоят, но не более того».
          Он вспомнил о том, как рассказывал днём прихожанам про Сергия Радонежского и убеждал, что Бог сам рассудит, когда придёт время выучить ту или другую науку.
        «Пусть только времени для войн не будет, - подумал он, бросая ещё один взгляд на огонь в печи. – Оно ни к чему – воевать друг с другом».