Произведение «Невыдуманная история. Лирическая повесть» (страница 1 из 61)
Тип: Произведение
Раздел: По жанрам
Тематика: Повесть
Автор:
Читатели: 578 +2
Дата:

Невыдуманная история. Лирическая повесть


От автора

История первой любви молоденького студента-москвича, приехавшего на стройку в Смоленскую область в середине 1970-х годов, к провинциальной деревенской девушке: как у обоих всё стремительно и неожиданно произошло на танцах в клубе, красиво и возвышенно протекало, и чем в итоге закончилось.
Это можно узнать в подробностях, дочитав «Невыдуманную историю» до конца. А попутно понять, как жили, работали и само-реализовывались простые советские люди на переломе двух глобальных эпох - коммунистической и демократической…


РУССКИМ ЖЕНЩИНАМ ПОСВЯЩАЕТСЯ!!!


«Никуда от юности не деться,
Потому что там, в <погожий> день,
Лепестки осыпала мне в сердце
Белая тяжёлая сирень.

Потому что там, где бродят травы,
Налитою зеленью шумя,
Тихо, неумело и лукаво
Целовала девочка меня…»
                                                                                        Олег Шестинский

                                                                                                 
Глава первая

1

В стройотряд он мечтал поехать в школе ещё, будучи совсем ребёнком, когда по родным московским улицам у себя на Соколе ошалело носился и встречал в огромном количестве весною и осенью, особенно возле метро, парней и девчат в стройотрядовских зелёных куртках с эмблемами МАИ на рукавах, с названиями разных строек на спинах, - или готовившихся уезжать из Москвы, или в Москву вернувшихся. Помнится, они все героями казались ему, сорванцу, взиравшему на них завистливо и почтительно, хозяевами-творцами жизни, что и думать, прилежно учиться умели, отличниками в школе были все как один (он в этом почему-то ни сколько не сомневался), и топором после тяжёлой учёбы лихо умели махать - не хуже профессиональных плотников. И личностями превеликими они ему представлялись - не трутнями, не дармоедами, не пустозвонами. За одно то уже, что стыдились на шее отца и матери, свесив ножки, всё лето сидеть; наоборот - что пытались смолоду сами себе на хлеб заработать: построить что-то приличное, облагородить и оживить; а потом получить за добросовестный труд зарплату. Живые личные денежки, то есть, которые станут хорошим довеском к стипендии и самостоятельными их сделают по-настоящему, обуться, одеться позволят по своему выбору и вкусу, родителям в рот не смотреть, не мучить их дополнительными поборами. Самостоятельность и созидание он всегда ценил: это были первейшие и главнейшие для него с малолетства качества.
Да и родители его, сами студенты бывшие, боготворили таких молодых людей, в пример ему их неизменно ставили; и в школе про них педагоги с восторгом всегда отзывались - именно как о героях и молодцах. И по телевизору студентов-строителей в самом выгодном свете тогда ежегодно показывали - красивых, статных, мужественных как на подбор, загорелых, задорных и волевых, на Стаханова очень похожих! Показывали, как самозабвенно трудятся они всё лето, не покладая рук, на какой-нибудь всесоюзной важнейшей стройке, ощутимую пользу таким добровольным трудом государству и народу приносят; сколько за июль и август всего успевают сделать; какие немыслимые горы наворотить.
Всё это возбуждающе действовало на него, до работы и подвигов жадного, распаляло, завистью отзывалось в душе. Хотелось им подражать, пойти, когда выйдет срок, по проторенной ими дорожке: непременно в МАИ поступить, что располагался недалеко от дома, повзрослеть, поумнеть, хорошо первый курс отучиться. Весеннюю сессию успешно сдать, в студенческий строительный отряд записаться. После чего уехать вместе со всеми в деревню в июле, лопатой, мастерком там на свежем воздухе помахать два летних благодатных месяца вдалеке от столичного шума, пекла и толкотни, след свой крохотный на земле оставить, стяжать благодарную память сельчан. Ну и, конечно же, у костра посидеть вечерком, песен хороших послушать… и молока парного вволю попить, до которого он был большой охотник.
Неудивительно, что как только герой наш, Мальцев Андрей, какое-то время спустя, совершеннолетним став и школу-десятилетку закончив, переступил порог в сентябре Московского авиационного института (МАИ), в который он в августе перед этим успешно экзамены сдал, как только студенческий билет получил на руки и полноправным студентом себя почувствовал, - неудивительно, что после этого он почти сразу же про летнюю стройку стал упорно задумываться: объявления на факультете регулярно бегал читал, летних работ касавшиеся, разузнавал у старшекурсников, соседей по дому, любые про стройотряд подробности.
Под конец осеннего семестра он уже твёрдо знал, всё разведав доподлинно, что на факультете у них стройотрядов существует с десяток. Но только два коллектива - “Солнышко” и “VITA” - котируются очень высоко. Там, по рассказам студентов, и хлопцы рукастые подобрались, и заработки всегда хорошие, отменная дисциплина труда. И места работы и отдыха постоянные на протяжении последних пяти-шести лет, где их уже даже знали по именам и фамилиям, ценили, любили и ждали как родственников - и старики деревенские, и молодёжь. Поэтому-то, коли уж ехать куда-то работать летом, законный свой отдых тратить, время, - то непременно и только туда. Осенью не обидно будет за потраченные каникулы, за мозоли и пот, ибо деньги большие, в Москву привезённые, компенсируют студенту-строителю всё - все затраты физические и моральные, все издержки…
Были у них в институте ещё и отряды торговые. Записавшиеся туда студенты никуда не ездили летом, оставались в Москве: торговали минеральной водой и соками в разлив на центральных столичных улицах, пирожками, квасом, мороженым, дынями и арбузами начиная с августа. И тоже неплохо зарабатывали, по слухам: «приличные бабки на обвесе и недоливе наваривали, на пересортице», - как с гордостью любили они потом говорить, хвастаться однокурсникам. Но такие отряды Андрей не рассматривал даже: торговлю всегда презирал, равно как и самих торгашей, что в палатках и магазинах работали и дурили по-чёрному москвичей, левые рублики из них выколачивая… Да и не хотелось ему, что гораздо важней и главней, еще и летом в Москве по жаре болтаться, ежедневные родительские наставления слушать, по их жёстким указкам жить, которые ему, повзрослевшему пареньку, здорово досаждать стали. В деревню хотелось - на молоко и природу, на взрослую вольную жизнь, которая из душной и шумной Москвы чуть ли ни раем земным представлялась…

2

После Нового года, сдав первую свою в жизни сессию и отдохнув, азартно в хоккей во дворе поиграв две недели, на бал первокурсников в бывшую школу наведавшись, Андрей, придя в институт в феврале, уже вплотную стройотрядом занялся - с намерением записаться туда, войти в трудовой коллектив, поездить на субботники и воскресники, с товарищами познакомиться. И там попробовать поплотней притереться к ним, работягой себя показать, любителем-энтузиастом стройки. А попутно и атмосферу тамошнюю почувствовать, что тоже немаловажно, узнать её изнутри: подойдёт она ему, не подойдёт; примут его старожилы, не примут в свой трудовой коллектив. Дальше тянуть уже было нельзя: март надвигался стремительно, стремительно накатывала весна, за которой, как “бабка за дедкой”, маячило лето. Затянешь с записью - останешься с носом. И будешь июль и август в Москве тогда “куковать”, по двору да по подъездам дурачком слоняться с местными алкашами вместе.
В “Солнышко”, как понял он, по институту полгода перед тем побегав, попасть не представлялось возможным. Там коллектив был сложившийся, одни старшекурсники и аспиранты подобрались, которые знали чего хотели и в стройотряд ежегодно не за романтикой, а за большими деньгами ездили, “пахали” там от зари до зари все два месяца, порою прихватывали и сентябрь, когда объекты особенно ответственные и денежные попадались. И потому сопливых мальчиков-первогодков они на стройку не брали, справедливо считая их обузой себе, нахлебниками… А вот в “VITA” попасть было можно: там смена поколений произошла, были места вакантные. Потому набирался и молодняк - не много, но набирался. В объявлении, во всяком случае, что увидел Андрей в феврале возле учебной части, так прямо и было написано: «Студенческий строительный отряд “VITA” проводит собрание своих бойцов в аудитории 13-20. Явка всех обязательна. Приглашаются и новички с младших курсов, желающие записаться, ударно поработать на стройке летом, хорошо отдохнуть. Им будут предоставлены такие шансы»...

Андрей обрадовался как ребёнок, объявление то желанное прочитав, глазами его пробежав не единожды, загорелся, завёлся, в назначенное время пришёл, с собой на собрание даже товарища притащив из группы. Придя в аудиторию 13-20 загодя, сел с дружком за последний стол, из-за которого понадеялся всё получше высмотреть и понять, прочувствовать понадёжнее, всех запомнить.
Последний стол не подвёл его, и за время полуторачасового собрания он понял, из уголка своего как встревоженный сычонок на всех посматривая, что костяк ССО “VITA” составляли рабфаковцы, полтора года назад поступившие к ним в институт с дополнительного рабочего потока, к которым примкнули доверчиво с десяток тогдашних юнцов-первокурсников. Теперь они все, около двадцати человек в общей сложности, учились на втором курсе, сидели важные в стройотрядовских куртках, вальяжные, гордые как кавказцы на рынках, и взирали на пришедших на собрание первокурсников чуть-чуть свысока, придирчиво их изучали на предмет того, кого им взять в отряд, а кого и отфутболить, от кого будет польза на стройке, а кто превратится в лишнего едока, любителя лёгкой наживы. Первокурсники понимали, что решается их судьба, - потому и сидели смущённые за столами, краснели, бледнели, ёрзали под колючими взглядами - нервничали, короче. Их набралось человек пятнадцать со всего факультета. Так что конкурс предполагался большой: необходимо было себя показывать.
В назначенное время в аудиторию бодро вошли командир с мастером, стройотрядовское руководство, стали здороваться с бойцами отряда за руку, всех по очереди переписывать. Обоим было по двадцать три года уже - “старики”, “деды” для таких пацанов как Мальцев. Оба были рабфаковцы, в армии отслужившие. У командира, Толика Шитова, на рукаве красовалось уже пять нашивок по количеству проведённых на студенческих стройках лет: он ездил в отряды до армии ещё, когда в электронном техникуме учился. Да пару раз успел съездить, будучи рабфаковцем и студентом МАИ. В прошлом году - в качестве командира.
Командир с мастером переписали пришедших, всех внимательно рассмотрели, молодых пареньков - в особенности; потом рассказали подробно о ближайших для вверенного им коллектива планах: о субботниках и воскресниках, спартакиаде весенней, смотре художественной самодеятельности. Рассказывая, они выясняли бегло про скрытые способности новичков: кто из них может в спорте отряду помочь, кто - в агитбригаде. Прежних-то своих бойцов они хорошо знали, а вот молодёжь ещё предстояло узнать, в деле её проверить. Про субботники напомнили особенного строго, к первокурсникам в первую очередь обращаясь, что ходить-де на них обязательно, потому как там и будут придирчиво просматриваться кандидаты, там будет


Оценка произведения:
Разное:
Реклама
Обсуждение
Комментариев нет
Книга автора
СКАЗОЧНЫЙ ГОРОД 
 Автор: Макс Новиков
Реклама