Аля Хатько и Олег Вайнтрауб.
И потянулись тяжёлые дни ожидания ответа на прошение. О досрочном освобождении Лизы. Доктор видел, как тяжело приходится девушке и всячески старался поддерживать. А поддержка состояла в том, что он загружал её работой. Не столько работой по содержанию больницы в чистоте, сколько требовал помогать ухаживать за больными вместе с медсестрой. И однажды признался Лизе, что хочет из неё сделать настоящую медсестру.
-У меня же нет специального образования, какая из меня медсестра? – подняла на доктора удивлённые глаза Лиза.
- Наступает такая пора, что даже без образования понадобятся медсёстры.
Но на безмолвный вопрос девушки ничего не ответил, только сказал:
- Запоминай всё, что считаешь нужным, а там разберёшься, что к чему.
С Зиной у неё была настоящая дружба. Зина была старше Лизы и опыта в жизни у неё было больше. Она оберегала девушку от всякой грязи, которая со всех сторон напирала в этих стенах.
Зинаида, когда узнала о написанном прошении в вышестоящие органы очень обрадовалась:
- Может и впрямь правда восторжествует в скоро ты встретишься со своей дочуркой. Будешь на свободе молись за меня, чтобы я тут не сгинула.
- Если меня освободят, то я попрошу доктора, чтобы взял тебя на моё место, - уверенно говорила девушка.
- Вряд ли он меня возьмёт. Он выбирает молодых, как бы неискушённых девушек, чтобы успеть поставить их на путь правильный. А с меня уже ничего не возьмёшь. Можно сказать, что огонь, воду и медные трубу прошла.
- Не говори так, Зина. Душа у тебя не зачерствела. Вон, как сумела за меня и за себя постоять. И теперь никто даже не заикается, чтобы при тебе слово лишнее или плохое сказать.
- Вот этого я и боюсь. Как только ты уедешь, так вся свора на меня и накинется. Теперь, возможно, побаиваются твоей связи с начальством.
Время шло. Вот уже три месяца прошло после того, как прошение было отправлено, а ответа все не было. Почти полтора года отсидела Лиза в тюрьме. Поговаривали, что скоро и вовсе всех заключённых должны куда-то перевести. Неспокойно было в стране. Назревали какие-то страшные события.
И вот однажды, когда Лиза собиралась на работу в больницу, за ней пришла Варвара и приказала следовать за ней. Лиза думала, что это обычный конвой в больницу, однако оказалось, что ведёт она её к начальнику тюрьмы. У девушки задрожали колени. Предчувствие подсказывало, что это связано с тем прошением. Так оно и вышло. Начальник внимательно вглядывался в лицо девушки, затем спросил:
- Не цыганка ли?
- Нет, не цыганка. И в роду цыган не было, - ответила девушка.
Начальник немного помолчал, а затем спросил:
- Прошение о помиловании писала?
- Писала, - твёрдо ответила девушка.
- Твоё прошение достигло цели… - начальник растягивал удовольствие помучить девушку. Он видел, что та от волнения еле стоит на ногах. – вышестоящие органы …… - он снова помолчал. – … приняли решение о условном досрочном твоём освобождении, в связи с отсутствием состава преступления. Тем более, что молодой человек, которого ты якобы убила или не оказала помощи, оказался живым.
Лиза качнулась и уцепилась руками о косяк двери, чтобы не упасть.
- Что? Обрадовалась или испугалась? – съязвил начальник.
- Обрадовалась, - тихо ответила Лиза и рукавом вытерла слёзы, которые градом катились из глаз.
- Документы об освобождении будут готовы через три дня. А теперь конвоир проводит тебя на постоянное место работы. Ты свободна.
- Спасибо, - еле слышно прошептала Лиза. Дверь отворилась и Варвара приказала следовать в больницу.
Доктор Михаил Константинович уже знал об этом радостном событии для Лизы и встретил девушку с улыбкой.
-Вот видишь, как всё складно получилось.
- Спасибо вам огромное, Михаил Константинович! Вы для меня такое сделали… Такое… - и она расплакалась. Это были слёзы радости.
- Не надо плакать. Плакать будешь от радости, когда с дочерью и матерью встретишься.
Они ещё некоторое время беседовали наедине в кабинете. Потом доктор передал Лизе запечатанный конверт.
- Что это? – удивилась девушка.
- Это письмо главному врачу вашей больницы. Это мой давний знакомый. В письме я прошу тебя трудоустроить и помочь с жильём. Ведь тебе жить негде? Я правильно понял?
- Да. Мне неудобно, доктор просить вас, но я всё-таки рискну: сделайте милость, и возьмите под свою защиту мою подругу Зинаиду Приставкину. Боюсь я за неё очень.
- Если она такая же трудолюбивая, как ты, почему бы и не взять? – широко улыбнулся мужчина.
- Спасибо вам огромное. Я буду молится за вас. Если бы я только могла вам отплатить хоть чем-нибудь…
- Земля, Лиза, круглая. Ещё всё может случится в жизни. Сегодня я помог тебе, а завтра ты мне поможешь.
- Это вряд ли, - покрутила головой девушка.
- Как знать, как знать, - доктор уже весь ушёл в себя, и Лиза поняла, что ей пора уходить. Она тихо прикрыла за собой дверь.
А по истечение трёх дней она с небольшим узелком оказалась за воротами тюрьмы. Затем не чуя под собой ног, Лиза оказалась на остановке автобусов и держала путь в Балаклаву. Никого вокруг себя не замечала. Только одна мысль сверлила мозг:
- Как ты там моя девочка, Софьюшка моя? Потерпи, дорогая, я тебя вот-вот прижму к груди.
Только потом до неё дошли слова начальника, который что-то говорил о мужчине, который живым оказался. Это шутка была, что ли? Не мог же Августин выжить. Ведь перед тем, как её посадили прошло несколько месяцев, но никаких известий и даже трупа его обнаружено не было. Тут было над чем поразмыслить, если это правда и что тогда будет с ней, если Августин окажется живым и снова подаст заявление в суд? Тогда она снова окажется в тюрьме. Но сколько не думай, а пока что ничего не известно и надо начинать жить заново.
В первую очередь по приезде в Балаклаву она наняла лодку и попросила доставить её к месту, где жили старики и её дочь Софья.
Она от моря не шла, а бежала без остановки всё выше и выше, пока не увидела перед собой домик. Но……двери и окна в нём были заколочены и никаких признаков пребывания людей здесь давно не было. Ноги у Лизы подкосились, она опустилась на худое крыльцо. Казалось, что жизнь покинула тело молодой женщины, как покинули хозяева своё жилище.
продолжение следует
