сильно пожалел ввиду огромного количества однотипных фоток.
Он добрался до Енисея и остановился недалеко от берега на очередной летний сезон. К зиме спустился километров на двести южнее и далее пошел на запад, строго по компасу.
И вот, очередная зима уступила, и Солнце начало появляться привычно правильно, с самого утра, будя светом нового дня.
Егор натянул на толстые носки уже не мерзлые до каменной неуступчивости горные ботинки и выбрался из залатанной во многих местах лежащей мешком палатки, накрыть которую уже не хватило снега и ритуально потеребил бороду.
Он разогнул спину, потянулся к выглядывающему из-за деревьев Солнцу и зевнул. Вокруг простиралась радостная благодать.
И тут он увидел первого человека. Эта была неказистая, явно деревенская девушка, беззаботно собиравшая сухие ветки. Значит, рядом было поселение. И, значит, жизнь на Земле продолжается. Не пора ли заканчивать подвижнический подвиг?.. От этой мысли задышалось глубже и чуть сдавило голову обручем боли от волнения.
Девушка не заметила его. Лицо издалека казалось странным из-за сросшихся бровей. Егор совершенно не представлял себе как он сейчас выглядит. Очень не хотелось ее напугать. Он не брился все это время и купался только в теплое время, а это было давно.
Егор набрал охапку сухих веток и направился к девушке. Снег поскрипывал под ногами, она услышала и обернулась, не испугавшись. Тогда он решился улыбнуться. Это оказалось настолько непривычным, что засомневался, не слишком ли сильно лыбится.
- Меня зовут Егор! – получилось как-то коряво. Неужели разучился говорить? Еще подумает, что он алкаш и не вяжет слов.
- Привет, Егор! Я Алина! – она тоже улыбнулась, но смотрела удивленно и настороженно, - Что ты тут делаешь?
И тут он разглядел, что это не брови срослись, а точно между бровей был вправлен маленький неморгающий объективчик, как на айфоне. Он стеклянно блестел прямо ему в лицо.
- Вот, увидел тебя и решил помочь набрать хворост.
- О, спасибо! Ты откуда такой?
- Я турист, иду по северу Сибири уже давно.
Она положила свою вязанку на снег.
- Наверное очень давно. Тогда понятно.
- Что понятно?
- Ну, ... – она довольно мило повертела пальчиком вокруг лица – У тебя нет регистратора.
- На лбу? – он тоже положил вязанку и ткнул пальцем себе между бровей.
- Да.
Они помолчали, обдумывая ситуацию.
- Давно ты ходишь... - она озадаченно покачала головой.
- А давай я тебе помогу с хворостом, и ты расскажешь? Но сначала скажи, что это за места?
- Рядом с Архангельском. Сразу так не расскажешь. И тебе лучше не путешествовать вот так дальше.
- Я как раз и хотел закончить.
- Где твои вещи? Или все с тобой?
- Недалеко тут.
- Тогда бери вещи и пойдем.
Они донесли хворост до избы и сложили под навес.
Она вынесла ему молока, и он жадно припал к крынке со сводящим с ума ароматом.
- Как давно я его не пил! Спасибо!
- Первым делом тебе следует заявиться в пункт соцадаптации. Теперь без имплантов никуда.
Егора легко пробрал холодок предчувствий, как у котов перед кастрацией.
- Принудительная киборгизация? – он невесело хохотнул.
- Ну, тут или опять уходить в тайгу и жить как зверь, или же все же - в соцадаптацию. Ничего страшного нет, одни только удобства.
- И сколько это будет стоить? Да, кстати, Егор достал маленький кейс и извлек оттуда пятитысячник, - Спасибо тебе, только не отказывайся, это меня опечалит.
Алина задиристо заржала.
- Ой, извини, эта бумажка уже ничего не стоит, у нас вообще все по-другому.
Егор печально подумал о всех его сгоревших сбережениях и ощутил себя бомжом.
- Да не бойся! Все хорошо будет, вот увидишь. Давай сначала в баньку сходи, от тебя как от зверя пахнет, приведи себя в порядок.
Банька поспела очень быстро, и Егор смыл с себя все подвижничество, побрился и оделся в парадку, которую он носил с собой все это время. Джинсы и свитер. Алина посмотрела на него как на другого человека и ей явно понравилось.
- Ну вот, прямо чудесно! – она всплеснула руками, - Пошли накормлю!
Пришел ее отец с таким же третьим глазом между бровей и пришлось знакомиться. От самогона Егор убедительно отказался. Чудесно возникший дорогущий коньяк тоже был отвергнут. Так что как-то неловко поздоровались за руки и назвались по имени.
Мужика звали Федором. За ароматной крепкой ухой молчали, а потом, Егор подарил электроудочку, шикарные снегоступы и остатки сигнальных ракет. Федор не сильно обрадовался, скорее из вежливости, но лед растаял. А когда узнал, что Егор шел аж от мыса Дежнева, то вообще проникся уважением.
- Ты эта, если что, можешь у нас тут остаться, - раздобрел он, - что скажешь, доча?
- Да если хочет, почему бы не остаться, - Алина чуть растерялась, но не настолько, чтобы при этом не съязвить смешной ужимкой. Регистратор между глаз нисколько ее не портил.
- Но сначала нужно отвезти его в соцадаптацию, сегодня еще не поздно.
- Ну, поехали, - вздохнул Федор.
Егор было засуетился.
- Туда ничего брать не нужно.
-Даже паспорт?
- Даже паспорт, - Алина весело улыбалась, в предвкушении множества открытий Егора.
Они поехали с Федором на его уазике, Алина осталась дома.
Вскоре замелькали довольно цивильные дома. Все, кто встречался у дороги, тускло сверкали третьим глазом. Прям нашествие... Когда проехали магазин, Егор вспомнил.
- Мне бы смартфон хоть какой-то заполучить, мой сдох безвозвратно.
- Тебе выдадут, не беспокойся.
- Хорошая тачанка, - дипломатично похвалил Егор, качаясь в излишне мягком кресле.
- Да, только руль без люфта, немного влево косит, придерживать нужно. Не хочу менять даже на самую новомодную суперкару! – стопорщил усы в улыбке Федор,- у нас никто не хочет обновляться, чтобы все оставалось привычным. А в городах поначалу с ума все посходили, заказывали всякую новомодную хрень. Но скоро стало понятно, что соревнование у кого круче не проходят, все могут хоть что.
- Денег стало много?
- Денег нет вообще ни у кого, - есть только баланс, лимиты трат за периоды и гранты. Но гранты – это для яйцеголовых. Теперь вместо денег у нас битки. Это уже и не деньги, а средство взаимоотношений. Все идет к тому, что и этого не станет, когда все устаканится.
- Битки?
- Биткоины. Но не те, что раньше были, а совсем все по-другому.
- Интересно...
- Скоро все узнаешь, тут ничего хитрого нет. Парой слов не рассказать, это же целая революция.
Выходило, что пока Егор гулял по тундрам, буквально во всем мире возникло нечто покруче коммунизма. Потому что коммунизм - это только про потребности и способности, а тут прямо все преобразилось.
Под строгим и контролируемым запретом оказалась реклама, которая в любой форме – это ложь, биржа, которая всегда - обман спекулянтами, инфоцыганство во всех его проявлениях вместе с эзотерикой и религиями и много уже по мелочи. Этого оказалось достаточно, чтобы полностью преобразить культуру.
- Значит, все же завинтили гайки, - мрачно процедил Егор, - а хоть какая-то свобода осталась?
- Вот! - радостно хлопнул в огромные сибирские ладоши Федор и тачанка вильнула, - Вот это главное! Ты же не за то, чтобы дать свободу бандюганам и всяким педофилам?..
- Ну, нет, конечно, - слегка смутился Егор, - это другое!..
- А свободу всяким ментам-коррупционерам и паразитам? – риторически радовался в усы Федор.
- Да, согласен, есть то, что нельзя позволять никому, но...
- Стоп! – Федор опять хлопнул в ладони и Егора вжало в мягкое сиденье.
- Осторожнее, навернемся так!
- Вот, смотри, если взвесить, что дает только вред и только это запретить, то и получится то, что сделано. Все остальное можно.
- Ну, ладно, но кто же позволил запретить рекламу и биржу, на этом самые большие бабки делаются?
- Тут у нас заварушка случилась решающая, зло против добра, типа. Наши шарахнули ядреной бомбой для показа того, что будет с миром, если не остановимся. Расклад был такой. Америкосы привыкли жить в тепле и кайфе, не отказывая себе ни в чем. А тут простой и ясный выбор: или ты теряешь все и влачишь жизнь как дикий охотник в дебрях Кении или пошел вон со своими буржуйскими правилами. Они натурально обосрались от страха потерять все привычное, что по утрам уже не будет пищать устрица во рту, не будет кайфа закинуть ноги на стол и лениво тыкать пальчиком в телефончик. В лобовой атаке наши всегда побеждали.
Нет, там были совсем отмороженные, типа Рокфеллеров и Ротшильдов, но всех, кто попытался тыкнуть в адскую кнопку, прикончили хорошо отработанными либеральными методами. А остальные капитулировали безоговорочно.
- Неожиданно...
- Да, но самое неожиданное было то, что те, кому долгое время затыкали рот, а всему миру врали СМИ, смог, наконец, по уму сказать верное слово. Они и вытащили по науке этот список вредностей для запрета. В результате коррупция, мошенничество и вранье потеряли смысл как нажива. Тюрьмы стали ненужными, прокуроров нет. Потому что все блага, накопленные паразитами, поделили поровну между всеми на Земле.
- Поровну?!.. – Егор хрюкнул от негодования, - Ну, конечно, этим и должно все было закончиться.
- А ты как бы хотел? Чтобы всеми богатствами распоряжались паразиты, которые высосали это из других? Нет, все сложили в одну кучу и превратили в биткоины.
- Афигеть... Еще далеко ехать? А то без валерианки не дотяну.
- Да ладно тебе! – Федор вырулил на боковую дорогу и снова притопил.
Егора переклинило от возмущения, и он не замечал, что оспаривает уже свершившееся и, судя по всему, вполне удачно свершившиеся.
- Федор, уже ведь посчитали, сколько бы пришлось на каждого и вышло, что не более 50 тысяч долларов.
Одной рукой придерживая безлюфтовый руль, другой Федор исвлек смартфон, провел пальцем и нажал на какую-то иконку с весами. Там высветилась огромная цифра.
- Вот это что? Это мой баланс в битках, которые сейчас хотя немного дешевле того прежнего доллара, но посмотри, сколько их у меня. Распределяли по уму, учитывая все на Земле. Выделили то, что нужно на социальные программы, развитие и науку, то, что должно доставаться следующему поколению и все равно получилось очень даже до фига на каждого. Учли, что не может так случиться, что все сразу все потратят, потому что они же платят не марсианам, а опять же каким-то людям. Экономика-то стала общей.
- Ну, да, факт, что цифра у тебя прямо дико большая, - признал Егор.
- Тут много нюансов. Если просто это дать людям, то опять возникнут наколы и олигархи, бабушки начнут переводить мошенникам и все начнется сначала с бедными и богатыми. Понадобилась адаптивная модерация, - Федор особо внимательно выговорил это и повернул насмешливо голову к Егору, - и она все больше становится автоматической. Битки хороши тем, что если бабушка, как раньше бывало, переведет свой баланс другому, то мошенника сразу видно, все вернут на место, а ему жопу поджарят.
- Так ты что, если нужно, можешь взять и потратить всю эту цифру?
Федор заржал, как над наивным ребенком.
- Прикинь, если даже на Земле все продается, а я захочу купить миллиард самых дорогих вещей, то все равно у меня останется еще огромная цифра. Но это же не реально вдруг купить миллиард вещей. И не все продается и можно купить. Я могу покупать не вещи, а услуги, могу переводить битки...
- Осторожно, блин!
Уазик ловко увильнул от встречного
