были в норме и грудь сразу взяли.
-Грудь? Ах, да…
-Конечно, мы докармливали их из бутылочки, такие проглоты оказались, но зато сейчас уже догнали своих сверстников по весу и развитию. Увидишь все сам.
Вдруг они услышали Юлькин голос и обернулись.
-Вы что это тут все делаете? Кто это?! – воскликнула Юлька и схватила медсестру за рукав, но та быстро вырвалась и побежала прочь.
-Со своей новой пассией пришел на моих детей посмотреть?! – крикнула Юлька.
-Ты все не так поняла, – сказал Влад и схватил ее за плечи.
Егоров в растерянности не знал, что делать, поэтому откатил коляску с детьми немного в сторону.
-Ты забыл накидку от дождя для коляски, – сказала Юлька, вырвалась из рук Влада и быстро шагнула к отцу.
-Почему ты встретился с ним за моей спиной? – обиженно произнесла она.
-Юля… он ведь отец наших деток…
-Тебе безразлично, что я чувствую? Я не хочу его видеть!
В это время Влад подбежал, сделал пару фото детей и Юльки с отцом, и так же быстро пошел прочь.
-Знать тебя не хочу! – крикнула ему вслед Юлька.
Неделю Юлька дулась на отца, но, поскольку Влад больше не объявлялся, она успокоилась.
-Выбрал… ты видел, какую он сушеную мымру выбрал себе,– сказала она отцу на третий день после этой встречи. Егоров промолчал и подумал, что ей не все равно, а, значит,… хотя все бывшие всегда ревниво смотрят, кого выбрали те, с кем они расстались. Однако однажды, уже давно, он нечаянно подслушал разговор сестры и дочери, в котором Юлька обронила фразу:
-Конечно, любила и люблю этого придурка! Но никогда не признаюсь ему в этом!
Тогда у нее еще даже живота не было заметно.
Между тем Влад прислал Егорову 100 тысяч рублей на карту и смс: "Несмотря ни на что, я по-прежнему очень люблю её". Это сообщение испугало Егорова, он позвонил Владу вечером с работы:
-Неужели тест показал отрицательный результат?
-Тест еще не готов, – ответил Влад, – Но мне без разницы, я как ее увидел, у меня сердце не на месте теперь, две ночи не спал. Как она? До сих пор злится на меня?
-Она сказала: "Ты видел, какую он мымру себе нашел". Ей не всё равно, понимаешь? Она ревнует!
-Я так хочу ее увидеть и обнять… Арсений Николаевич, помогите мне, пожалуйста! Уговорите ее, что угодно, я на всё готов, лишь бы снова быть с ней!
-Ты мне вот что скажи, ты за время вашей разлуки научился нежные слова говорить и комплименты всякие? Глупые подарочки готов покупать?
-Да я на все готов, лишь бы она…
-Ты, что пьян? – Егоров понял, что Влад выпил.
-Я не буду никогда пить, клянусь! Просто сейчас, без нее, у меня сердце разрывается.
-Завтра днем она уедет на три часа, у нее с моей сестрой какие-то женские дела. Можешь прийти, посмотреть, как мы с детками живем, – сказал Егоров.
-Конечно! Я обязательно приду! – восклицал подвыпивший Влад.
Егоров смутно представлял, как же Влад сумеет изменить к себе отношение Юльки, и сумеет ли. Он совершенно не помнил, каким Влад был до армии. Видел его один раз, да и Юлька тогда спешила, они почти сразу сели в машину и уехали. Егоров лишь отметил как плюс, что парень имеет машину, что очень понравилось Егорову. Юлька тоже порывалась сдать на права, но так и не сдала.
Сейчас, сидя в своей подсобке после обхода по этажам спортшколы, он думал о том, могла ли вернуться к нему Илона. Они ведь прожили вместе почти десять лет. Он был счастлив, а она… наверно, ей многого в нём не хватало. Хотя она не отличалась расчетливостью, не предъявляла к нему никаких требований и никогда не критиковала и не подшучивала над ним. Просто сказала, что в России никогда не сможет заработать и десятой доли того, что заработает в Италии. Поцеловала на прощанье и сказала, чтобы звонил в случае трудностей. А он ни разу не позвонил, даже когда Юлька забеременела, а потом родила. Зачем Илоне внуки от неродной дочери, да еще и от такой упрямой и несговорчивой. Так он думал.
***4
Влад пришёл почти сразу после того, как Юлька ушла из дома. Он даже видел из-за угла, как она села в такси. Сначала он смотрел как завороженный только на детей в манеже, все остальное словно таяло за пределами его взгляда. Но Егоров сказал:
-Пойдем, покажу тебе нашу квартиру, которую нам с Юлькой купила моя вторая жена. Сам увидишь, тут и тебе места хватит.
Размеры и обстановка впечатлили Влада, у Илоны имелись средства и отсутствием вкуса она не страдала. Она придерживалась европейских стандартов жилья, вплоть до мелочей, таких, например, как душ биде в туалете или специальный стул для бабушки в большой душевой кабине с ванной. Когда она купила эту квартиру, то сразу наняла бригаду и руководила всем обустройством сама.
Влад вернулся в детскую и наблюдал за тем, как Егоров ловко усадил близнецов в специальные стульчики со столиками, а потом начал чуть ли не синхронно кормить их с двух ложек. У Влада рот от удивления не закрывался.
-Здорово вы натренировались, – сказал он.
-Ты тоже можешь попробовать. Вот, докорми Сашку, она все время на тебя смотрит.
После кормления Егоров забрал глубокие цветные мисочки для детского пюре, а детей по очереди вытер влажными салфетками, поменял каждому памперс, и отправил играть в манеж.
-Ты родителям еще ничего не сообщал? – спросил он Влада.
-Нет. Решил их уже перед фактом поставить. Сначала дождусь теста и покажу им его. Не хочу, чтобы они начали сомневаться в том, что Юля именно от меня родила. На эмоциях я хотел, но меня остановила эта мысль. Я бы мог их возненавидеть…
-Они же тебе не враги, – удивился Егоров.
-Да. Только когда мы с Юлькой жили тот самый месяц вместе, мать сказала, что ей все это не нравится и Юлька тоже. Но мне все равно.
-Ты знакомил их?
-Нет, мать сама нас выследила, когда мы гуляли. И Юлька как раз в тот момент поссорилась со мной из-за какой-то мелочи. Так, ничего особенного. Когда она ушла от меня по-настоящему, все произошло почти на ровном месте. Мы не ссорились, хотя я понимал, что как-то не так себя веду с ней и вечно не то говорю. Я пришел из магазина с продуктами, а на столе была от нее записка о том, что мне от нее нужен только секс и все такое. Я звонил, караулил её, пытался говорить с ней, она отдергивала руку и уходила. А потом уехала… Я тут прочитал, что беременные подвержены всяким тревогам, и жизнь для них почти сразу разделяется на две половины – до и после. По сроками Юлька ведь тогда уже беременна была. Теперь я понимаю, что для нее секс сразу потерял привлекательность, и мои желания она стала воспринимать лишь как попытку использовать ее для удовлетворения похоти и больше ничего. А раньше, когда у нас все было хорошо, она мне говорила, что выйдет замуж только по большой любви. Намекала почти прямым текстом, а я не понимал, что уже тогда должен был сделать ей предложение. Каким же я был незрелым! Дурацкие стереотипы в голове сидели – якобы сначала нужно проверить друг друга и все такое.
Он ушел, когда Егоров уложил детей спать после обеда. Настрой Влада вселял в него надежду, но Юлькино противостояние было трудно сломить. Егоров боялся ее упрямства, очень. Он долго думал, решал, вспоминал всю свою жизнь. Вспоминал о том, как женился первый раз, как женился второй… И оба раза за него все решали женщины, избравшие его, которые потом полностью в нем разочаровались и покинули его. Да и женили его они обе на себе сами. Он ни за что не решился бы. Егоров даже предложения не делал ни первой жене, ни второй, у него сразу речь отнималась, как только он пытался хоть что-то о своих чувствах сказать. Теперь он точно знал, что не любил первую жену, это оказалось обычным ослеплением. Но как Елена смогла бросить маленькую дочь, он не мог понять. А в Илону… да, он влюбился и сильно, но опять же менжевался из-за Юльки. Не хотел стать балластом. Ведь Илона была очень успешной и деятельной, у нее все в руках горело, ее окружало множество людей, ее все любили. Он рядом с ней наверняка выглядел нелепым интеллигентишкой. Тогда он работал научным сотрудником и библиографом центральной районной библиотеки им. Гоголя. Это теперь он ночной охранник с хорошей зарплатой. Прошел спецкурсы и подготовку. Освоил основные приемы самбо. Но в основном ходил и выключал забытый в залах свет, поливал цветы в кабинетах, собирал оставленные мячи и потерянные полукеды, проветривал раздевалки. А под утро включал автополив футбольного поля. В то время как все нормальные мужики спят в обнимку со своими женами и не только спят.
Мать всегда критически смотрела на обеих его жен. А ему говорила, чтобы не вел себя как рохля. Но мать есть мать. Для нее любая его жена была бы недостаточно хорошей.
***5
-Арсений Николаевич, а какое отчество записано в свидетельствах о рождении детей? – спросил Влад, когда встретился с Егоровым на прогулке в парке. Он сам покатил коляску, сначала неуверенно, но быстро сообразил, как маневрировать такой широкой конструкцией на колесах. Коляска была дорогая, с проветриванием козырька, корзиной снизу и стопорами на широких колесах.
-Пока они Ивановичи, – ответил Егоров, – Чтобы все сразу понимали – русские. Так Юлька решила.
-Ясно, значит, придется менять не только свидетельства, но и Юлькин паспорт, где они вписаны с этим отчеством. Но это уже мелочи. А насчет того, что русские… в нас всех столько кровей намешано, что иногда с трудом можно понять, кто ты и какой национальности.
-Ты что, не русский? – удивился Егоров.
-Русский, – ответил Влад, – А вот Юлька… сомневаюсь очень, слишком упрямая, как татарка. И красивая.
-Татарки красивые?
-Вроде бы да.
-Если честно, я не знаю, были в родстве ее матери татары или нет. Я только на красоту заглядывался, но не сложилось.
После прогулки Влад проводил Егорова с коляской до дома и помог закатить ее в лифт. Юлька встретила отца на пороге:
-Опять с Владом общался?
Егоров не ответил. Они раздели детей, и Юлька пошла разогревать им еду.
-Он жениться на мне собрался? А как же та сушеная мымра?
-Это медсестра, – сказал Егоров и осекся, потому что невольно раскрыл секрет.
-Медсестра? – удивилась Юлька, – И зачем он привел ее?
-Просто его знакомая. Ничего такого. Юля, он любит тебя и детей.
-А у него самого язык отсох?
-Нет. Просто ты сразу в штыки…
-Опасается? Правильно делает!
-Он хочет принимать участие в жизни детей.
-Я не позволю! – крикнула Юлька и ушла в спальню.
Егоров остался с детьми, подсовывая им книжки с плотными лакированными страницами, которые они не могли разорвать. С малышами он отдыхал душой и погружался в свои мысли. Хотя все они были похожи на желтые опадающие листья, потому что возвращали его к воспоминаниям о прошлом, которое уже ушло. Взять, к примеру, Илону. Она уехала, когда Юлька получила диплом. Илона посчитала, что свою миссию как примерная мачеха выполнила, к тому же нашла для Юльки выгодный контракт, на который ее обязательно взяли бы, потому что уважали Илону. Когда они поженились, Юльке только-только исполнилось 13. И это был самый проблемный период в ее взрослении. Егоров только за голову хватался, в основном с ней тогда воевала его мать, но Юлька не слушала даже свою строгую бабушку. Однако с приходом в семью Илоны все постепенно изменилось. Глядя на нее, Юлька стала следить за своей внешностью, Илона записала ее к
