шарфик...
Девочка потянулась было к свертку, затем, вспомнив, видимо, бабушкины наставления, отшатнулась и бросила с презрением не свои, чужие, взрослые слова:
- Нам ваши дешевки ворованные не нужны!..
КОНЕЦ
В этот день Борис напился до бесчувствия. Дотемна он валялся на газоне у своего подъезда и только ближе к ночи уполз в подвал. На следующее утро выходящие на работу жильцы обратили внимание на окурки у подъездов, но не придали этому значения и лишь тогда Хрюндель поднял тревогу, когда не достучался в окошко и вдосталь не потолкался в запертую изнутри дверь.
Вызвали милицию, взломали дверь. Борис висел в ременной петле, закинутой на фундаментную балку. Лежанка была тщательно прибрана, на ней красовался блестящий сверток, пол подметен, а на плечиках рядом с удавленником висел единственный выкинутый когда-то тещей вдогонку выставленному из собственной квартиры зятю его парадный костюм со знаком Шахтерской Славы третьей степени на лацкане.
Деньги на похороны собрали кооперативные жильцы. К Борисовой родне даже заходить не стали. Седой с Хрюнделем тут же в подвале сколотили из припасенных хозяйственным председателем усушенных до звона досок аккуратный гроб, обтянули его фиолетовым крепом и отвезли в городской морг. А когда прибранного старушками покойника выносили в поджидающий возле морга катафалк, поразились скоплению народа. Проводить Бориса в последний путь пришли не только кооперативщики, но и почти все жители микрорайона. Было много венков. Так много, что пришлось срочно нанимать еще один автобус специально для венков.
Окрестности девятиэтажного дома, где жил Борис, теперь не убираются. Нема дурных за 3000 р. горбатиться ни свет, ни заря, зимой и летом, в стужу и зной... С бывшей родней Бориса в доме никто не здоровается. А хрен ли толку?..
