Лебедев. Надо бы парой фраз перекинуться…..
Виктор Михайлович не оправдал ожидания Романа. Маленький сухонький, лысоватенький старичок, сидевший перед ним на табурете в допросной, больше соответствовал пенсионеру-шахматисту в скверике нежели серому кардиналу.
- Виктор Михайлович, вас не затруднит объяснить мне тот нездоровый интерес Симакова к вашей персоне?
- Это как раз всё объясняет. В мою бытность на службе в Конторе я, как главный оперативник этого города обладал информацией на всех и вся. Как юноша неглупый, он имеет все основания полагать, что у меня есть все материалы на отцов города, в том числе и компрометирующие. Нетрудно объяснить его желание их заполучить.
- Вы готовы их ему предоставить?
- Отнюдь нет! И вовсе не по причине старческого упрямства. Просто я сжёг свои архивы в камине на глазах многих свидетелей.
- И он вам поверил?
- Думаю, что нет. Потому я и поехал с ним в этот лагерь. Я надеялся отговорить его от… некоторых непопулярных радикальных поступков. И думаю, что это мне удалось.
- Судя по тому, что ночью у меня сгорела квартира — охотно вам верю, - съязвил Роман.
- Это очень прискорбно, но уверен, что капиталы Симакова не очень пострадают в результате компенсации вам морального и материального ущерба.
- Это обнадёживает.
- Заплатит! За всё заплатит, - неожиданно твёрдо и даже жёстко сказал Лебедев. Роман ему почему-то поверил…
- Петрович, я дома! - крикнул Роман, входя в офис.
- Вижу. И не ври — нет у тебя дома, - раздалось из кабинета.
- А ты не ври, что видишь. В таком дыму даже я тебя не вижу, - парировал Рома входя в кабинет и открывая окно настежь.
- Как съездил?
- Всё в норме: дам обнадёжил, барышень вооружил, средствами связи снабдил. Юрия Михайловича за старшего оставил! - отрапортовал Роман.
- Михалыча? Этого старого маразматика?!
- Ну у Инги свой Юрий Михалыч есть! И помоложе!
- Тьфу, балабол! - в сердцах плюнул Петрович.
- Во-во: балабол — пробы ставить негде! И сам ты балабол старый! Я всего-то на полгода тебя старше, - раздался бас Михалыча из прихожей, а вскоре и само тело ввалилось в кабинет.
- Ромка, стервец! Когда двери закрывать научишься? - возмущению Петровича не было предела, - а ты опять насекомых в погонах принёс? - он повернулся в сторону Михалыча.
- Так проветрить хотел. Тут не то, чтобы топор виснет — его даже не подвесишь. Я с Лебедевым говорил.
- И даже дал ему позвонить, - безразлично добавил Петрович.
- Он звонил из дежурки, - Роман с подозрением покосился на Михалыча.
- Ну что? Продолжаем, как договорились? - спросил Михалыч у Петровича?
- Действуем по плану, - Петрович согласно кивнул, и Роман понял, что что-то он пропустил ему неизвестное.
- Ну, колитесь, заговорщики, что удумали?
- Симаков звонил. «Стрелку» тебе назначил…..
В назначенное время Роман подходил к пустырю на месте бывшей «Лебяжьей слободки». На верху берега виднелась только одинокая фигура телохранителя Симакова. По мере продвижения к нему всё больше открывался речной берег. На берегу за накрытым столом сидел Симаков.
- Что вы хотели?
- Поговорить, - Симаков приглашающим жестом указал на стул напротив.
- А почему именно здесь? Не проще ли в офисе?
- Видите ли, местное ГОВД лишило меня почти всех людей, а, следовательно, и подстраховки. А в мои планы утечка информации не входит.
- Мы на «жучки» проверяемся регулярно.
- Есть ещё направленные микрофоны, считывающие разговор с оконных стёкол. А тут от лишних ушей нас защищает река. Расстояние не позволяет подслушивать. Да и любого подходящего тоже далеко видно, а нас только метров с десяти.
- Ближе к делу.
- Давай на «ты»? - неожиданно предложил Симаков, - по возрасту мы почти одногодки — к чему нам великосветские политесы?
- Хорошо, давай на «ты».
- Ну во-первых, извини за хату. Честное слово — не уследил. Народ разный попался. Часть из бандитов. Мразь, конечно, но как бойцы-шестёрки сгодятся. Вот и «проявили инициативу». А услужливый дурак хуже врага.
- Простить?
- С полной компенсацией, конечно! Хочешь, хоть завтра новую квартиру или через три дня в этой евроремонт?
- Хочу в этой. А имущество?
- С этим проще. Есть у меня несколько сетей магазинов в столице. Съездишь в Москву с супругой, по магазинам прогуляетесь… Сейчас это модно «шоппингом» называть. Берите всё, что нужно.
- А..
- Без проблем! Всё упакуют, доставят и в квартиру занесут.
- С чего бы такая щедрость?
- Уходить я из большого бизнеса решил. Здесь обоснуюсь.
- Да ладно?!
- Серьёзно! Не выходит из меня олигарх. Так чем ждать, пока тебя по миру пустят или того хуже — прихлопнут, как надоедливую муху, лучше самому в тину уйти? Какой-то мега-комбинат или другое какое производство не то, что в Москве — даже у вас не построишь. Сожрут. И даже не чиновники. Хотя те по аппетитам сродни акулам или паукам: никогда сыты не бывают, жрут, пока не лопнут. Тут лапа волосатая нужна на уровне… Симаков поднял глаза вверх. А я ведь детдомовский. У меня никого нет.
Посидели-помолчали…
- А давай выпьем, Рома? - вдруг неожиданно предложил Симаков.
- А давай, Женя!
- Знаешь, в жизни по душам и поговорить-то не с кем было. Всё встречи-сделки-рауты. Везде ложь, обман, подлость… Всё время как в джунглях. Тысячу раз предавали! Совсем веру в людей потерял. Чуть сам таким же не стал.
- А не стал?
- Нет. Сам чувствую: ещё немного — и потеряю себя.
- И кто же сподвиг?
- Лебедев.
- Лебедев?
- Да. Виктор Михайлович. Я ведь как рассуждал-то? Самое дорогое сейчас информация. Будет информация — будет всё. А он мне доказал, что это не главное. Он мне про жизнь свою рассказал. Ведь он когда архивы сжег? Когда на сына похоронку получил. А ты не знал? У него же сын офицером был. И не каким-то паркетным, а настоящим боевым. В Афгане погиб. И к чему тогда Лебедеву ВСЁ? Для кого это? Прожить — и так хватает. Много ли пенсионеру надо? А остальное для чего? Для понтов? Жить, оглядываясь, постоянно ожидая подвохов, в напряжении, в недосыпе….
- У Петровича тоже сын погиб.
- Знаю.
- Даже не спрашиваю откуда.
- Так оттуда же. Отца у меня нет, так Лебедев мне много чего по-отечески прояснил.
- Дааа… А так на него и не подумаешь.
- Вот раньше времени не было на природу отвлекаться, а сейчас смотрю на реку — красиво же! А тишина, спокойствие? Это же не купишь. Может, где-то и круче места есть, но зачем от добра добро искать?
- А жениться не думаешь?
- Думаю. Есть у меня, Роман, вопросик шкурного характера…
В это время на берег из-за поворота прямо по песку вылетела милицейская «Газель». Из неё вылез Михалыч, держа в одной руке снайперскую винтовку, а другой рукой он за застёгнутые наручники держал какого-то парня с длинными, грязными как пакля волосами.
- Вот тебе, Роман, и задушевные беседы!
Рома перевёл взгляд на Симакова. Тот вдруг побледнел и срывающимся голосом сказал:
- Кажется, я знаю, для кого это.
- Ну тогда сворачивайтесь оба и айда в машину.
- Бегом, Ромка, скорей! - взвизгнул Симаков и бросился в раскрытую сдвижную дверцу…
Вечером в кабинете начальника ГОВД было накурено как никогда. Курил Петрович почти постоянно, чадил Михалыч «Балканской звездой», курил Симаков, держа «Кэмел» в чуть подрагивающих руках и даже Николай Иванович, генерал из Москвы не удержался — стрельнул у Петровича его «Мальборо».
- Ну так что за пассажир у вас в камере кукует? - не выдержал паузы генерал.
- Пока не раскололи, - Михалыч вытащил очередную сигарету.
- Сейчас мои подъедут — расколют, заверил Николай Иванович.
- А вы там второго случайно не видели? - подал голос Симаков.
Все присутствующие разом повернулись к нему.
- Да просто в прошлый год ко мне сразу двоих подсылали. Одновременно.
Взгляды всех перешли на Михалыча.
- Не было больше никого, только напротив на крыше двоих взяли.
- Направленный микрофон? - спросил Симаков.
Михалыч утвердительно кивнул.
- Кавказцы, - уверенно констатировал Симаков, - они третий год за мной гоняются.
- Сколько их, чего хотят?
- Всего хотят. У них вроде и спецы есть. А их самих много и все беспредельщики отмороженные.
- Сейчас их боевиков мои бойцы где-то в районе Чёрной речки гоняют, -заверил генерал.
Петрович и Роман одновременно переглянулись. Петрович что-то шепча Михалычу вывел генерала из кабинета. Роман схватился за «моторолу».
- Инга, как у вас дела?
- У нас всё нормально, только по лесу стрельба идёт. Даже очереди слышно, - поделилась Инга.
- Это твой папа абреков по лесам шерстит. Спрячьте Лидию Михайловну и Варю, а сами держите оружие наготове.
- А Вари нету…
- Как нету?!
- Она в деревню пошла…
- В какую деревню, зачем?!
- За молоком. Ты же сам сказал, чтобы в магазине у шоссе не появляться, вот она и пошла…
Ромка тут же выскочил из кабинета.
- Михалыч, срочно машину!
- Беги вниз — как раз с ОМОНом успеешь, - не растерялся Михалыч.
Успели как раз вовремя. Перестрелка была совсем близко. Роман забежал на дачу Инги — Вари ещё не было. Тогда он побежал по тропинке к деревне. Варю встретил на полпути.
- Цела! - схватил он её в свои объятья.
В это время грянул выстрел. Роман упал, увлекая за собой жену. Молоко из трёхлитровой банки потекло на тропинку.
- Рома! Рома! Ты живой? - в отчаянии кричала Варя.
Роман открыл глаза:
- В броник попало, - через силу улыбаясь ответил он….
На следующий день Симаков позвонил Роману:
- Куда вам угодно подать экипаж?
- Про экипаж мы не договаривались.
- Ладно, Рома, уж обещал, так позволь быть последовательным.
- Последовательным в чём?
- До Москвы же ты с женой как-то должен добраться?
- Да уж доехали бы как-нибудь.
- А по городу перемещаться?
- Не дворяне чай!
- Ну хорошо! Ты про мой шкурный вопрос помнишь?
- Так ты его задать не успел.
- Так сейчас и задам. Вернее, не вопрос, а просьбу.
- Излагай.
- Ну… одним словом…. Короче, ты не мог бы уговорить Ларису поехать с нами на вроде как помочь выбрать мебель и прочий интерьер?
- Она не дизайнер, да и работа у неё.
- С хозяином я договорюсь. С Ларисой поговори?
- Не хозяин, а начальник.
- Пардон.
- Неужто она?
- Ну… хотелось бы. Но начинать-то как-то надо?
- Ну не знаю. Я свахой никогда не работал.
- Можно ещё вашу Ингу с собой взять.
- Не разоришься?
- Для Ларисы мне никаких денег не жалко.
- Даже так? Ну ты попал!
- Попал.
- Ладно. Попробую помочь. Сам с вами не
