Просто человек, который помнит вещи, которые больше никому не нужны.
Пауза. Чётки щёлкали по одной.
- Когда-то существовала система. Большая, сложная. Она объясняла мир. Говорила, почему люди страдают, куда идут после смерти, как жить правильно. У неё были правила, обряды, здания. Люди приходили туда, чтобы получить ответы.
- Потом начались войны. Потом - болезни. Люди просили о помощи, но система молчала. Она не могла их вылечить. Не могла остановить ракеты. Не могла накормить голодных. Она только повторяла старые слова, а люди умирали.
Где-то за переулком проехала машина, свет фар мелькнул по стенам.
- Потом появились другие системы. Более полезные. Они не обещали вечной жизни — только удобство здесь и сейчас. Они лечили. Кормили. Развлекали. Говорили именно то, что люди хотели услышать. Старая система стала ненужной, как аппендикс.
Он повернул голову, но не до конца, так что его глаза оставались в тени.
- Теперь от неё остались только обрывки. Книги, которые никто не читает. Символы, которые используют в рекламе. Люди вроде меня, которые бродят по переулкам и помнят то, что уже не имеет значения.
Тишина. Только дождь стучит по крыше.
- Интересно, - продолжил он, - что будет с новыми системами, когда они перестанут работать? Кто будет сидеть в переулках и вспоминать алгоритмы?
Он снова взялся за чётки. Его пальцы дрожали, но движения оставались точными.
-Ты стоишь здесь, потому что чувствуешь пустоту. Ты думаешь, что в старой системе был ответ. Но его не было. Ответов нет вообще. Есть только вопросы, которые со временем перестают задавать.
Его голос стал тише, почти шёпотом:
- Я мог бы сказать тебе, что всё имеет смысл. Что твоя боль — часть великого замысла. Но это будет ложь. Единственная истина в том, что дождь идёт, а ты промокаешь. Всё остальное - просто шум.
— Нас осталось мало, — сказал мудрец, теперь уже глядя прямо на него. — Тех, кто помнит. Кто видит дальше этих стен. Мы встречаемся иногда. Обсуждаем... вещи, которые больше никто не понимает.
Пауза. В его глазах мелькнуло что-то странное — не то надежда, не то расчёт.
- Ты мог бы присоединиться. Если захочешь.
Он почувствовал лёгкое раздражение.
- Ты вербуешь меня в какую-то секту?
Мудрец рассмеялся - сухим, безрадостным смехом.
- Нет. Секты обещают ответы. У нас их нет. Только вопросы.
Он хотел уйти, но что-то удерживало.
- Тогда зачем?
Мудрец наклонился вперёд. Его дыхание пахло старыми книгами и чем-то химическим.
- Потому что ты чувствуешь это. Ту пустоту. Ты просыпаешься с ней. Засыпаешь с ней. Она жжёт тебя изнутри, как кислотный дождь, который никогда не прекращается.
Он замер. Словно кто-то заглянул прямо в его голову.
- Как ты...
- Ты не единственный, — перебил мудрец. — Таких, как ты, много. Но большинство заглушают это таблетками, виртуальной реальностью, работой. Ты - нет. Ты продолжаешь чувствовать.
Тишина.
- Я могу дать тебе кое-что, - продолжил мудрец, доставая из складок одежды маленький прозрачный пакетик с двумя жёлтыми таблетками. - Это не убежит от реальности. Это... усилитель. Он поможет тебе увидеть то, что ты уже чувствуешь.
Он посмотрел на таблетки. На мудреца. На дождь за стенами переулка.
- Зачем?
Мудрец пожал плечами.
- Чтобы решить, стоит ли за это держаться.
- Я... нет.
- Бегство — это тоже форма просветления, если достаточно долго врать себе.
И, скрестив ноги, снова закрыл глаза, будто продолжая прерванную медитацию.
Он постоял ещё немного, затем развернулся и вышел обратно в дождь. На этот раз не оглянулся.[/left]
