Вскоре, из слов Мишани выяснилось: на его типографию наехали не наши, городские, а шантрапа с посёлка Полусухого, располагавшегося недалеко от нашего городка. Их науськали конкуренты из «Главной печатни». Типография Мишани дурные претензии шантрапы из Полусухого отвергла, те, обидевшись, приступили к решительным действиям. Однажды тёмной-тёмной ночью к Мишаниной типографии пробрались нехорошие люди и в вентиляцию кинули бутылку с бензином. Пожара большого не получилось исключительно из-за решительных действий сторожа. Храбрый сторож победил пламя, но надышался дымом и немного обгорел. Полиция развела руками: «Это из-за вашей экономии на противопожарных мероприятиях». Намёк понятен: экономить на некоторых вопросах не надо, иначе сгоришь дотла. И вообще - делиться надо, «крышу» заводить надо.
- Что делать? – сокрушался Мишаня. – Нас таки спалят к ебеням.
- Дадим ответку, - пообещал Вован. – Как там называется фирма ваших конкурентов, «Главная печатня», ага.
В планах Вована на «ответку», как оказалось, нет месту Мишани, но есть место мне, Сени.
- Тонко сработаем, - криво улыбнулся Вован и наказал мне быть готовым этой ночью к совершению страшной мести.
Не слишком ли радикально задумал Вован покарать конкурентов Мишани? – думалось мне.
- Нет, Михалыч, - угадал мои мысли Вован. – Паровозы надо давить, пока они чайники.
И не поспоришь. Надо Мишане помочь, ведь он напечатал сто томов моих стихов. То, что их никто не читает, так это не Мишанина вина, а людей, совсем переставших верить в лирику и нежные отношения между девочкой и мальчиком. Людям детективы давай и боевики, где море крови. Всякие ути-пути и ми-ми-ми современным людям не нужны.
Ночью мы с Вованом выдвинулись к объекту, называемому «Главная печатня». Какое нескромное и вздорное название. Их только за название стоит покарать. Зашли на объект с тыльной стороны, где нет фонарей освещения. Как выяснил Вован, на объекте сторожа нет, но есть охранная сигнализация и видеорегистраторы.
Были. И охранная сигнализация была и видеорегистраторы работали, но только до тех пор, пока мы с Вованом не подошли к чёрному ходу, ведущему на объект. Сейчас тёмна ночь, а ночью металл и всякие электронные прибамбасы меня категорически не любят – ломаются на раз-два. Днём тоже ломаются, но несколько хуже, немного сопротивляются.
Весьма хлипенький оказался запор на стальной двери чёрного хода. Стоило только немного поднажать на дверь, как её стальные запоры поломались с треском. Заодно порвались провода сигнализации. Она должна бы сработать, заверещав, но что-то там не сработало. Блямс и красная лампочка потухла.
Мы с Вованом вошли в логово врага. Вован остался стоять возле входа, чтобы не мешать мне, а я ходил по логову и просто дотрагивался до непонятных мне агрегатов, машин, устройств и компьютеров. Я жал на какие-то кнопки, дёргал за рычаги, нажимал на клавиши. Попавшийся мне на глаза чайник, я просто немного потряс. В каждом устройстве обязательно есть или кнопка, или рычажок или ещё что-то такое, что можно потеребонькать. Вот только в моих руках, растущих из задницы, да ещё ночью … ну, вы поняли. Минут за десять я перетрогал у врагов всё, что можно, даже калькулятор и вентилятор. Вот только сейф в комнатке начальника я не стал трогать, чёрт на него – я не домушник. Зато в кофемашине и в кулере что-то нажал. Кулер у них хороший: Ecotronic А5. Был, но теперь его не починишь, даже стараться не надо – только в утиль. Мебель стояла в комнате начальника, но я её слегка подвигал. Случится сюрприз для начальника, когда он вздумает усесться на своё кресло. Вообще, у них вся мебель какая-то хлипенькая. Плохую мебель сейчас стали делать, не то, что раньше. Спросите, а как я дома живу? Вот так и живу, постоянно приходится контролировать себя, с возрастом стало получаться лучше. А в логове врага контролировать себя не надо.
Вот и всё. Теперь здесь, у Мишаниных конкурентов, сплошная разруха и печаль. А не надо наускивать плохих людей жечь хороших людей. Надо жить в мире. Иначе придёт дядя Сеня и всё поломает. Последний штрих: Вован показал на электрический шкаф, весящий на стене. Ну, мне не жалко пощёлкать автоматами в этом шкафу. Вот теперь полный порядок, вернее, полный беспорядок.
Мы с Вованом давно забыли о нашем карательном походе в логово врага, но сегодня пятница тринадцатого. Неприятности сами нашли нас.
Неприятности выглядели в виде троих парней самой зверской наружности. Даже их огромный внедорожник, айсбергом вкатившийся в гаражный кооператив, выглядел агрессивно. Мы с Вованом не рыпались: мало ли кто приезжает в наш гаражный кооператив. Может это наши новые соседи по гаражу? Вдруг эти ребята приехали приобрести по томику моих стихов? Типа, девчонкам своим подарить хорошую книгу. Размечтался.
Один парень остался за рулём внедорожника, а двое вышли наружу и направились к нам. Меня как-то насторожили обрезы в руках этих парней. Ну, и рожи. Прямо как у нашего старшины Пологнюка, когда он нервничал. Может они родственники старшины? А что? Вдруг старшина вспомнил, сколько крови я у него попил, и прислал своих родственничков разобраться со мной за поломанные лопаты?
- Ну, что смертнички, - прорычал один парень, больно тыча в меня стволом обреза. – Поехали, прокатимся в лес, перетрём проблему возмещения ущерба «Главной печатне», ну, и нам придётся отстегнуть за беспокойство.
Рычащего парня, тычущего в меня обрезом, я назвал Конём, а его коллегу Быком – это чтобы как-то различать их, ведь пацаны не представились. Мля, две горошины с одного стрючка. Тот, кто в точиле за рулём получил от меня кличку Крыса – за острый нос. Вообще у пацанов вежливость отсутствовала: мля, село неасфальтированное.
- Отстегнуть за беспокойство? – Вован проявил любопытство. – Обоснуйте об чём базар? Чёт пацаны я вас не знаю, вы случайно не с Полусухого? Так здесь приличный город, а не ваш … посёлок.
- Ничего личного, - опять прорычал Конь. – За раскуроченную печатню вас, пацаны, заказали. Ваши морды мы увидели на видеорегистраторах.
- Ну, это неправда, - встрял в разговор я. – Там видеорегистраторы все поломались и ничего не писали.
- Умный, да? – Тут в разговор влез Бык. – Тебя и твоего кореша записала аппаратура соседнего магазина.
Бык, как и Конь, стал тыкать обрезом мне в бок. Да, чего вы меня тычете этими железяками? Больно ведь.
Почему-то Вован во время нашего диалога с Конём и Быком «давил лыбу». Смешно ему, видите ли. Но, и Вовану прилетело, когда нас загоняли в машину. На заднее сиденье бандитского пепелаца первым «пригласили» Вована. Приглашали пинками и тычками. Затем паковали меня. Вслед за мной в машину влез Бык, а Конь забрался на переднее сиденье.
Бык пацан упитанный, поэтому мы сидели впритирку друг к другу, хоть машина и огромная. Вован еле сдерживал смех, ведь он видел, как я дотрагивался до машины, да и как в меня тыкали стволами обрезов, он тоже видел. Смешливое настроение Вована сильно раздражало наших похитителей. Они, наверное, ожидали совсем иной реакции на их обрезы и угрозы.
- Чему радуешься, смертничек? – разозлился Конь, рассматривая Вована в зеркало заднего вида. – Поделись радостью пока живой.
- Ничего у вас, пацаны, не получится, - легко поделился Вован своими соображениями. – Ведь сегодня пятница тринадцатого. День неприятностей, кто не понял.
- Это у вас неприятности, кто не понял, - передразнил Конь Вована.
Вован угроз Коня явно не понял, а хихикнул, когда машина вдруг заглохла на ровном месте. Крыса снова завёл мотор, и мы погнали в сторону леса.
- Что у тебя с тачкой? – проявил недовольство Конь. Он в этой бригаде, наверное, старший.
- Да ХЗ, - не стал вдаваться в подробности Крыса.
Дальше ехали нормально, машина не выделывалась. Все молчали, даже Вован особо не улыбался, но с любопытством смотрел на бандитов, как смотрит зритель в кино на творимое действо на экране. Наконец, заехали в некую глушь, где, по мнению Коня, нам никто не помешает общаться.
Заехать-то заехали, вот только начались приколы, здорово развеселившие Вована. Конь попытался открыть дверь со своей стороны. Хрен там плавал. Дверь решительно отказалась открываться. Ни тпру, ни ну. Ещё и стёкла не захотели опускаться. Что-то в механике дверей поломалось.
Масла в огонь подливал Вован, советуя Коню давить на дверь сильнее.
Своими советами Вован выпросил только комплимент со стороны Коня: «Заткнись урод, пока не заткнул». Вован обиделся. Вообще-то, в нашей компании наши противники, ещё со школы, уродом называли меня, а не Вована. Он всегда числился в чётких пацанах, а я в уродах. Когда нам троим «забивали стрелку» на предмет подраться, то зачастую драки отменялись из-за меня. Противники орали, что с Вованом и Мишаней подерутся с толстым удовольствием, а с уродом, то есть с Сеней Сорокопутом, драться не намерены. И то так. Многие знали нехорошее свойство Сени: он позволял себя ударить только раз, а потом начиналось, хрен знает что. Его противники внезапно поскальзывались, попадали кулаком куда угодно, только не в Сеню, неаккуратно падали, ломая конечности. Ходили слухи, якобы, о родственнике Сени, мастере боевых единоборств, натренировавшем его до высокого уровня. Короче урод ваш Сеня и точка, ещё, сволочь, стишки пишет и девчатам нашим читает. Набить бы ему морду, да, сука, не получается.
[justify] Всё это так: я замечал за собой такие кренделя, но не разубеждал пацанов насчёт своего родственника – мастера боевых искусств. В армии тоже случались всякие недоразумения, особенно со старослужащими и старшиной Пологнюком. Старослужащие перестали меня допекать после того, как часть из них, поочерёдно, переломала себе конечности. Это же ЧП: в роте постоянно несколько человек находятся в госпитале с переломами, часто со скверными переломами. Неуставные взаимоотношения? – поздно забеспокоилось начальство. Расследование провели, но установили, что военные сами виноваты: кто-то со всей дури лупил рукой по стене, кто-то ногой по железу, кто-то неудачно падал. Зачем вы это делали? – выясняло начальство, но получало невразумительные
