Глава 21
Мирошниченко.
Мирошниченко выздоравливал медленно. Пуля, пройдя в трёх сантиметрах от сердца, пробила левое лёгкое и застряла в позвоночнике. Врачи сказали, что жить он будет, а вот ходить…. Клим не находил себе места. Пять лет назад Сергей сам два месяца провалялся в госпитале с «огнестрельным ранением», а проще, ему прострелили плечо. Они брали группу, занимающуюся разбоями на шоссе. За ними тянулся длинный кровавый след, убийства, изнасилования, короче, терять им было нечего, и вооружены они были не хуже десантного взвода. Тогда-то Клима и зацепило…. И вот теперь Валерка! Почему? Почему он пошёл в подъезд один? Этот вопрос Сергей задавал себе тысячу раз и столько же на него отвечал: «Надо было задерживать машину, вот Валерка и побоялся отправлять кого-нибудь из молодых в одиночку. Водитель-то тоже на стволе был». Умом он понимал, что это тот самый случай, когда всё не просчитать. Людей в обрез, точек много. Можно биться головой об стену, кричать, как это делал Зеленов, мол, надо было изучить привычки и повадки преступника! Можно! Только времени, чёрт возьми, на это не оставалось. По информации, поступившей из надёжного источника, Каморин на следующий день собирался брать инкассатора. Если бы его не взяли, вернее не пристрелили, покойников могло быть на много больше. Да, каждый из них понимает, что от случайной пули никто не застрахован, такая работа. Да, все циники, привыкшие и к крови и к смертям. Это ведь только поначалу в заднице пионерская зорька играет, романтика, туды её в качель. Всё так, но тогда почему так ноет сердце, а горький осадок вины холодит душу?
