I
Лера работала в кафе «Вернисаж» уже третий год. И не то чтобы работа ей нравилась, но, будучи студенткой-заочницей, она её в целом устраивала. А что? График два через два, посетителей не так уж и много, так как кафе находится далеко не в центре города, зарплата сносная, и, главное, на учебные сессии отпускают.
Среди сотрудников и посетителей кафе двадцатитрёхлетняя Лера считалась очень симпатичной. Рост чуть выше среднего, изящные формы, греческий нос и кудрявые светлые волосы. Не мудрено. Многие на Леру заглядывались, но ей было безразлично. Жила она с родителями неподалёку от работы. Маршрут до дома занимал минут пятнадцать. Хоть и поздно домой Лера возвращалась среди наполовину неработающих уличных фонарей, но хулиганов не боялась — всех местных жуликов она ещё по школе знала, да и баллончик перцовый всегда с собой носила.
Так и в этот раз шла девушка домой из «Вернисажа» около часу ночи. Зима, мороз, снег под сапогами похрустывает. Тут слышит за спиной: бежит кто-то. Оглянулась — а там мужик какой-то к ней приближается. В полутьме не разобрать ни внешности, ни возраста. Куртка зимняя, шапка меховая, да сумка спортивная в руках. Но фигура показалась знакомой. Девушка нащупала в кармане пальто заветный баллончик, но мужик молча обогнал Леру и за угол дома свернул, а ей как раз туда же.
Завернула Лера и видит: как этот мужик в сугроб свою спортивную сумку закапывает. На улице и так мороз, а тут ещё это. Такие мурашки по телу побежали — аж жуть. Так перепугалась, что ноги онемели, на полусогнутых обратно за угол вернулась. Что там у мужика на уме? Чем он занимается? Лучше перестраховаться.
Минут через пять, постояв в одиночестве за углом, продолжила Лера путь домой. Мужика непонятного, конечно, и след простыл. Но свежий припорошенный след на сугробе виднелся отчётливо. «Интересно, что там в сумке?» — подумала Лера и сразу откинула эту мысль. Да мало ли что там может быть: наркотики, оружие, деньги. А вдруг это преступные разборки, и там отрезанная голова какого-нибудь бандита? Леру аж передёрнуло: «Бррр. Ни за что туда не полезу».
Через пару минут Лера уже входила в подъезд своей пятиэтажки. Хорошо, что больше никто на пути не повстречался, а то как-то неспокойно на душе. Родители, конечно, уже спали, да и Лера отправилась в свою комнату с мечтой поскорее заснуть. Но сон не шёл. Мысли крутились вокруг злосчастной сумки: интересно, что всё-таки в ней? Лера, хоть и побаивалась, но твёрдо решила завтра раскопать сугроб и проверить.
Утром проснулась девушка от будильника, предусмотрительно установленного с вечера мамой. Родители давно уже были на работе, и Лера хозяйничала в родительской двушке одна, собираясь на работу. Душ, кофе, макияж — и, немного раньше, чем обычно, взяв зимние перчатки, которые не очень-то любила, Лера отправилась в «Вернисаж». Почему раньше? Ну а как? Надо же сугроб проверить.
К её несчастью, сугроб проверили до неё. Гора снега с явными признаками раскопок оборвала Лерино любопытство. На всякий случай девушка обошла весь двор в надежде, что она перепутала сугробы, но нет — в других местах признаков сумки тоже не оказалось. Ну и ладно. А то вдруг действительно там отрезанная бандитская голова лежит.
Рабочий день тянулся как-то максимально медленно. К вечеру Лера была совершенно разбита и вымотана. Давно такого не случалось. Скорее всего, оттого, что не выспалась — полночи сумка из головы не выходила. Благо, что два выходных дня впереди.
Добравшись до своей квартиры без происшествий, перед самой входной дверью Лера обнаружила спортивную сумку, скорее всего, ту же самую, из сугроба. Обычная тёмно-синяя сумка средних размеров, написано «спорт» по-английски. Ничего необычного. Но, наверное, что-то необычное было внутри.
Ух, как перепугалась девушка! Надо же, сегодня утром она переживала, что сумка из сугроба исчезла, а вечером боится её открыть. «А вдруг наркотики? А внизу уже полиция караулит? Может, в „Вернисаже“ с кем-то повздорила, и он отомстить хочет? Разные бывают посетители, иногда такие „козлы“ попадаются, что без крепкого словца совсем не получается», — думала она.
Нет, не решилась Лера открыть злосчастную сумку. Перешагнула её и зашла в квартиру. И опять Лере не спалось. Лежала и думала: «Родители, когда с работы вернулись, сумку явно не видели, значит, поставили её у квартиры недавно. Зачем? Кому надо было, чтобы я её увидела? А вдруг это вчерашний мужик меня как-то вычислил и теперь проверяет, знакома ли мне эта сумка? Если поведусь, что видела, то бац — и нет Лерочки. Ну уж нет, ни за что не признаюсь».
Утром Лера проснулась позже обычного — мама будильник не завела, зная, что у дочки выходной. Родители, как обычно, на работе. Завтрак, душ, макияж — всё как всегда, но из Лериной головы не выходила эта сумка.
Позвонила маме, поинтересовалась, не видела ли она перед квартирой на лестничной площадке неизвестную сумку. «Нет, — говорит, — не видела». «Ладно, — думает, — посмотрю сама». Приоткрыла входную дверь, предусмотрительно поставив на цепочку. Стоит на месте, родимая. «Это как же? Значит, уже после ухода родителей её тут разместили. Нет, здесь определённо какой-то подвох. А вдруг это вообще бомба какая-нибудь?»
Лера взяла телефон и набрала 112, обрисовала ситуацию и стала дожидаться участкового.
II
Алексей шёл на вызов в крайне благодушном расположении духа. Всё-таки его задумка увенчалась успехом, и он улыбался во весь рот. Лёша служил в полиции в должности участкового уже два года, и недавно ему исполнилось двадцать пять лет. Молодой, конечно, но, как говорят, «пороху уже понюхал».
Неделю назад Лёша случайно зашёл в кафе «Вернисаж», что неподалёку, и там встретил свою школьную любовь. Лера стала ещё краше, но, как назло, молодого участкового не признала. После этого случая Алексея круглосуточно грызла мысль, как бы девушке о себе напомнить. А тут ещё отпуск по графику. На работе хоть можно было отвлечься от назойливых мыслишек.
И придумал Алексей такой детектив. Купил на отпускные деньги огромный букет красных роз и решил преподнести своей возлюбленной, но не просто так — он же полицейский всё-таки. Нашёл дома старую сумку, положил в неё букет, затем подкараулил Леру вечером у кафе и тайно последовал за ней. Там, где фонари не горели, он перешёл на бег, обогнал девушку и за углом, во дворе дома, стал демонстративно закапывать в сугроб свою сумку, поглядывая потихоньку — заметила ли его Лера? Убедившись, что девушка его увидела и, испугавшись, спряталась обратно за угол, он быстро сам спрятался за подъездом и стал наблюдать.
Если Лера раскопает сумку, то он выйдет, представится и преподнесёт букет. Если будет звонить по телефону, то он тоже выйдет, покажет свое полицейское удостоверение, раскопает сумку и подарит цветы. Но девушка поступила по-своему: она прошла мимо, как будто ничего не было.
Но ничего — это лучше, чем если бы она, пока Алексей занимался снегокопанием, мимо него не глядя прошествовала. Ладно, делать нечего. На следующий день участковый ничего другого не смог придумать, кроме как ночью, когда у Леры закончилась смена, поставить сумку перед дверью в её квартиру. Благо, что в полиции работает — адрес давно узнал.
Но и здесь не заладилось: Лера просто перешагнула сумку и зашла домой. Он это отчётливо видел, выглядывая с лестничной площадки этажом выше. Но Алексей не сдавался. Встав пораньше и дождавшись, когда родители Леры уйдут на работу, он снова поставил сумку возле дверей и, уставший, отправился к себе в отделение полиции.
Предусмотрительный Алексей ещё заранее всех коллег ввёл в курс происходящего и попросил: если будет вызов с нужного адреса, то на происшествие обязательно отправят его, хоть он и в отпуске числился. И вот, наконец, заветный звонок произошёл — довольный участковый шёл к своей возлюбленной дарить цветы.
Но что-то пошло не по плану.
III
Подходя к заветному адресу, Алексей заметил множество полицейских машин и через некоторое время уткнулся в плотное кольцо оцепления из сотрудников полиции, которые окружили нужный ему подъезд и категорически никого в него не впускали. Наоборот, из подъезда по одному выходили полуодетые испуганные жильцы, и Лёша даже заметил Леру, стоящую поодаль.
Участковый подошёл к полицейскому из оцепления, показал удостоверение и поинтересовался, что происходит. В ответ он услышал, что в подъезде бомба — вроде как на третьем этаже.
— Какая, на хрен, бомба? — прохрипел Алексей, мгновенно потеряв голос. — Дай мне пройти, у меня вызов.
— Не положено, — мрачно ответил полицейский из оцепления.
— То есть как это «не положено»? Я же участковый, на вызов иду.
— Вот после сапёров и зайдёте. Не видите, что ли? Всех эвакуируют. Сейчас как раз сапёры приедут.
Алексей чуть в обморок не упал. Противные мысли завертелись в голове: «Зачем сапёры? Неужели мои цветы такого шороху наделали?» Но вслух он сказал:
— Передайте ответственному, товарищ сержант, что если весь этот сыр-бор из-за синей сумки с надписью „Спорт“, то я знаю владельца этой сумки и даже знаю, что там находится. И, поверьте, это не бомба.
Сержант удалился и вернулся с угрюмым подполковником, который, не здороваясь, сразу спросил:
— Ну и что в этой сумке?
— Розы, товарищ подполковник. Мои розы, — раскрыл все карты участковый. — Я их девушке из восьмой квартиры хотел подарить. Ждал, когда проснётся, оставил в подъезде, чтоб не замёрзли на улице.
— Кто не замёрз? — не сообразил ответственный.
— Розы, товарищ подполковник, — отчеканил Алексей.
— Ну пойдём, старший лейтенант. Проведём опознание сумки и роз, а потом поедем в отдел писать объяснительную. Уловил?
— Так точно, уловил, товарищ подполковник.
Через пару минут Алексей достал прекрасный, но уже подвядший букет роз из синей сумки с надписью «Спорт» по-английски.
— Отбой сапёрам, — прошипела рация голосом подполковника.
— И слава богу, — сказал ей в ответ мрачный полицейский из оцепления.
Бедных жильцов вернули в свои квартиры.
Алексею влепили строгий выговор — теперь тринадцатой зарплаты не жди. Хорошо ещё, что он с ходу придумал историю, а иначе, если бы всю правду сказал, его точно бы уволили.
А как же Лера? Признаться, Алексей не ожидал такого конфуза и постеснялся после всего случившегося подойти к ней. Даже начальника попросил, чтобы он кого-нибудь вместо него на адрес отправил — брать показания насчёт сумки. Как-нибудь в другой раз он напомнит о себе. Обязательно.
