Запись от 1 марта. Весна. Пора обновлений. Мы с Артуром сидели в нашем подвале и подводили итоги. Денег — ноль. Опыта — море. Позорных историй — вагон. Марта, наша муза-провокатор, принесла пиццу и огласила вердикт: «Вы — худшие грабители в истории. Но вы — прекрасные друзья. Бросайте это дело и откройте детективное агентство».
Мы задумались. Но прежде чем начать новую жизнь, нужен был прощальный, символический аккорд. Мы выбрали мясной магазин «Палкин и сыновья». Ту самую «Сладкую Булочку», только с мясом. Наш путь начался с забегаловки, им же и закончится.
Мы вломились ночью. Внутри пахло мясом и дезинфекцией. Витрины ломились от окороков и колбас. «Берем только cash!» — сказал я, направляясь к кассе.
Артур пошел к холодильным камерам. «Может, возьмем пару стейков? Для прощального ужина?»
Внезапно из-за прилавка поднялся огромный мужик в окровавленном фартуке. Это был сам Палкин-старший. Он держал в руке огромный тесак. Мы замерли.
«Ага, попались, голубчики!» — прогремел он. — Я вас ждал! После истории с Степаном я усилил безопасность!
Он нажал кнопку под прилавком. С грохотом опустилась металлическая решетка на входе. Мы в ловушке.
«Так-так, — Палкин медленно пошел на нас. — Кто первый?»
И тут Артур, наш техник, идеалист и параноик, сделал нечто гениальное. Он не побежал. Он не закричал. Он посмотрел на витрину с колбасами и сказал голосом истинного знатока: «Иван Сергеевич, а ваш сервелат… он с нарушением технологии. Видите, как оболочка отходит? Это из-за слишком быстрой сушки. И в краковской явно перебор чеснока. Испортили весь вкус».
Палкин остановился как вкопанный. Его лицо из гневного стало изумленным, потом заинтересованным.
«Что? Что ты сказал про сервелат?»
«Ага, — подхватил я, чувствуя шанс. — И буженина у вас пересолена. Прям дёсны сводит».
Мы стояли среди ночи в запертом мясном магазине и обсуждали с его хозяином тонкости производства колбасных изделий. Мы говорили о копчении, о фарше, о специях. Артур, оказывается, все это время читал не только про сейфы, но и про кулинарию. Палкин слушал, кивал, иногда спорил. Через час мы уже сидели в его подсобке, пробовали новый сырокопченый окорок и запивали его домашним самогоном.
«Вы, ребята, хоть и воры, но в мясном деле кое-что смыслите, — хмуро сказал Палкин, наливая по второй. — А знаете, почему у меня бизнес не идет? Потому что все сейчас это ваше ГМО жрут, а на качество плюют. Как вы».
Под утро он выпустил нас, нагрузив нам полные пакеты мясной нарезки и колбас «на пробу». Денег мы, конечно, не взяли. Мы шли по утренним улицам, пахнущие дымком и безумием. Артур сказал: «Знаешь, а мы могли бы открыть консалтинговое агентство для малого бизнеса. Специализация — безопасность и контроль качества мясной продукции».
Я посмотрел на него. На наше отражение в витрине — двух немолодых, нелепых, но неразлучных друзей. «Знаешь, Артур, а это не такая уж и плохая идея».
