между левым и правым лагерями французское общество не понимало необходимости войны. Коммунисты, ориентировавшиеся на СССР, связанный в то время пактом о ненападении с Германией, бойкотировали призывные мероприятия и вели антивоенную агитацию. Не рвались в бой и правые, многие из которых откровенно симпатизировали Гитлеру.
Однако Французская армия представляла собой внушительную силу. К началу активной фазы боевых действий на территории метрополии было отмобилизовано 72 пехотных, 8 кавалерийских 6 легких механизированных и моторизованных, 3 бронетанковые и 3 крепостные дивизии, насчитывавшие до 2 330 тыс. военнослужащих. На вооружении Французской армии находилось до трех с половиной тысяч вполне современных танков, в том числе около 400 тяжелых бронированных монстров класса В1 (у гитлеровцев тяжелых танков в 1940 г. вообще не было) и примерно столько же отличных средних танков "Сомуа" (превосходивших германские аналоги). Авиация располагала 1 648 самолетами, в том числе сотнями отличных истребителей "Девуатин", способных успешно бороться со всеми видами самолетов противника. Традиционно сильна была французская артиллерия, хотя зенитных орудий явно недоставало. Мощную силу представлял собою военный флот, располагавший прекрасными кораблями всех классов. От Германии Франция отгородилась неприступными укреплениями линии Мажино, построенной в 1929-34 гг. и ощетинившейся фортами, дотами, опорными пунктами и инженерными заграждениями почти на 400 км. по всей протяженности границы.
При грамотном руководстве Французская армия была способна дать отпор агрессору. Однако именно этого руководства ей и не хватало. Генералитет, большую часть которого составляли 60-80-летние старцы, мыслившие устаревшими категориями Первой мировой, погряз в формализме и бюрократии, а на старшие офицерские должности зачастую пробивались некомпетентные карьеристы. Надеясь отсидеться в глухой обороне за линией Мажино, французские стратеги не предпринимали никаких активных действий против Германии вплоть до мая 1940 г. (если не считать неудачного ограниченного наступления в Саарской области в сентябре 1939 и отправки незначительного контингента войск в Норвегию), пока война властно и жестоко не постучалась в ворота Франции. Вернее, вломилась в нее с черного хода.
10 мая 1940 г. 104 пехотных, 10 танковых и 9 моторизованных дивизий нацистской Германии, развернутых на Западном фронте, при поддержке двух воздушных флотов люфтваффе пришли в движение. Копируя сценарий 1914 г., гитлеровские стратеги нанесли главный удар в обход укреплений линии Мажино, через территорию нейтральных Нидерландов, Бельгии и Люксембурга. Как и 26 лет назад, французское командование оказалось не готово к подобному развитию событий. Поспешно брошенные в Бельгию и Голландию французские и британские экспедиционные части были разгромлены за считанные дни, и гитлеровские ударные соединения вырвались на оперативный простор в Северной Франции. Около 400 тыс. британских, французских и бельгийских солдат к 26 мая оказались прижатыми к берегу Северного моря в районе города Дюнкерк близ франко-бельгийской границы. Англичан спасло то обстоятельство, что Гитлер рассчитывал на заключение сепаратного мира с Великобританией, и его танки прекратили наступление на окруженную группировку. В ходе беспрецедентной по масштабам эвакуации британскому и французскому флотам и сотням частновладельческих малых судов местных жителей удалось эвакуировать на Британские острова 215 тыс. британских и 123 тыс. французских и бельгийских военнослужащих. Все тяжелое вооружение было брошено в песчаных дюнах под Дюнкерком и досталось врагу.
Отчаянная попытка французского командования в начале июня стабилизировать линию фронта, организовав оборону от устья реки Сомма до линии Мажино, провалилась. Германские танковые и механизированные части при мощной поддержке с воздуха прорвали фронт во многих местах и устремились на Париж и в центральную Францию. События на театре военных действий развивались с катастрофической быстротой. Гитлеровцы навязали Французской армии свой сокрушительный боевой стиль "блицкрига", противостоять которому косный и некомпетентный французский генералитет оказался абсолютно неспособен. Правительство и военное командование Франции охватила паническая растерянность. Президент Рейно, члены его кабинета и высокопоставленные генералы поспешно бежали из Парижа на юг страны, напоследок объявив гордую столицу Франции "открытым городом" якобы для ее спасения от ужасов войны. 14 июня передовые части Вермахта без боя вступили на парижские улицы. После этого война приобрела характер победного шествия гитлеровцев по французской земле.
Утверждать, что Франция в мае-июне 1940 г. пала без борьбы, было бы не честно по отношению к 85-ти тысячам ее защитников, которые погибли, пытаясь остановить врага. История этой скоротечной кампании знает немало примеров подлинного мужества французских солдат и офицеров. Отчаянно дрались в первые дни войны в Бельгии части Французского кавалерийского корпуса, жертвовавшие собой, чтобы прикрыть развертывание армии. Успешное сопротивление оказывали танкисты, не раз наносившие чувствительные поражения гитлеровским "панцерваффе". Храбро сражались летчики, честно выполняли свой долг кадровые военные, число которых среди убитых и раненых достигало трети. Однако предотвратить катастрофу страны это не могло. 16 июня перед лицом неизбежного поражения правительство Франции ушло в отставку. Сформировавший новый кабинет 84-летний маршал Петен, ставший для французов символом пораженческих настроений и коллаборационизма, попросил у Гитлера мира.
22 июня 1940 г. Франция капитулировала. Более полутора миллионов французских военных оказались в плену, и для многих из них он продлился пять бесконечных лет. Чтобы еще больше унизить проигравших, Гитлер приказал вывести из музея вагон, в котором в 1918 г. было подписано перемирие в Компьенском лесу, и теперь начальник штаба гитлеровского верховного командования фельдмаршал Кейтель высокомерно принял в нем сломанный меч Франции...
Не по-союзнически повели себя в те дни британцы, которые, во избежание захвата главных сил Французского флота немцами, атаковали французские корабли на их базе в Марс-эль-Кебир в Алжире. В результате этого предательского нападения был потоплен линкор "Бретань", повреждены многие другие корабли и погибли около 1 300 французских моряков. Взаимное доверие между англичанами и французами так и не были после этого восстановлены до конца войны.
После заключения перемирия Франция оказалась разделенной на две зоны - северную, оккупированную, на территории которой проживало более 65% населения страны и где была сосредоточена большая часть ее экономического потенциала, и южную, "свободную" со столицей в Виши, на которой обосновался сотрудничавший с нацистской Германией режим маршала Петена - так называемый "режим Виши". Справедливости ради следует отметить, что гитлеровский оккупационный режим во Франции на первых порах был гораздо менее жестким, чем, например, на захваченных советских территориях, в Югославии или в Польше. Тем не менее, французам было суждено пережить все унижения и ужасы гитлеровского владычества. Сотни тысяч людей были брошены в тюрьмы и концентрационные лагеря, десятки тысяч - казнены гитлеровцами и их пособниками-коллаборационистами.
Ужасной оказалась судьба французских евреев, разделивших общеевропейскую трагедию своего народа. Число жертв Холокоста во Франции колеблется, по различным данным, от 76 до 150 тыс. человек. К сожалению, несмотря на самоотверженную помощь многих честных французов, спасавших евреев, зачастую ценой своей жизни, в стране были более распространены противоположные явления. Многие чины французской полиции и жандармерии малодушно выполнили приказ оккупантов и приняли участие в депортации евреев с оккупированной территории в нацистские лагеря смерти. Активно участвовали в этом кошмаре и участники французских фашистских организаций. После нападения Германии на СССР репрессии гитлеровцев не обошли стороной и российскую эмиграцию во Франции. Многие ее представители, в том числе видные интеллектуалы и выходцы из аристократических родов, были арестованы оккупантами "в превентивном порядке" и брошены в печально знаменитый лагерь в Компьене.
Бурным цветом расцвел в стране коллаборационизм, и он навсегда останется позорным пятном на лике Франции. Сотрудничество с нацистскими оккупантами принимало самые разные уродливые формы - от экономических (все слои французской буржуазии запятнали себя выполнением оборонных заказов и поставок в интересах гитлеровской Германии) и "шкурных" (доносительство, "дружба" с немцами) до создания французских вооруженных формирований, воевавших за Гитлера - позорно известной 33-й дивизии СС «Шарлемань», 638-й пехотного полка (т.н. "французского легиона") на Восточном фронте, различных полицейских и охранных структур в оккупированной Франции. Уроженцы Эльзаса и Лотарингии служили в вооруженных силах гитлеровской Германии "на общих основаниях"; правда, попав в плен, они быстро "перекрашивались" во французов, надеясь получить лучшее обращение. Так в советском плену к концу войны находилось более 23 тыс. таких "французов" и, наверное, сопоставимое количество в плену у Союзников. В подобных условиях большинство французов заняли в годы войны пассивную выжидательную и выживательную позицию, которая несколько изменилась только после высадки англо-американских войск в Нормандии в 1944 г.
Однако свободолюбивый дух Франции не был сломлен военным поражением 1940 г. Генерал Шарль де Голль, 49-летний удачливый командир бронетанковой дивизии, эвакуировался в Великобританию и 18 июня 1940 г. обратился к соотечественникам по радио, призывая их продолжать сопротивление. "Франция проиграла сражение, но она не проиграла войну! - говорил де Голль. - Настанет день, когда Франция вернёт свободу и величие... Вот почему я обращаюсь ко всем французам объединиться вокруг меня во имя действия, самопожертвования и надежды". Он встал во главе "Свободной (позднее - "Сражающейся") Франции" - организации, возглавившей отпор оккупантам и их приспешникам.
В стране развернулось движение Сопротивления, начинавшее с переброски за границу добровольцев, ехавших сражаться в части генерала де Голля, и выпуска нелегальных листовок и газет, и достигшее к концу войны уровня полномасштабной партизанской войны в лесистых и горных районах и антифашистских восстаний в городах. Существенной слабостью этих самоотверженных борцов был их крайне неоднородный состав и отсутствие единства. В рядах Сопротивления оказались военные и гражданские патриоты, социалисты и коммунисты, сторонники генерала де Голля и ветераны Гражданской войны в Испании, националисты и католики, еврейские боевые группы и бежавшие из плена советские или польские военнослужащие.
Несмотря на относительную невысокую, по сравнению с
