Что я семь лет делаю в Центральной Азии? Инфернальная любовь к лагману и баурсакам? В памяти всплывают отрывочные сценки прежней жизни. Ранним утром иду по улице Росси, мимо Александринки, сворачиваю на Невский проспект, прохожу рядом с Казанским собором, сворачиваю на Большую Морскую и оказываюсь в редакции газеты. В обеденный перерыв ем мороженное на ступенях Исакия. По делам спешу через Дворцовую площадь. Вечером читаю книгу в Летнем саду.
Денег - ноль. Полная остановка доходов - zero revenue stream. Когда потерял основную работу, то меня покинула Кси, и я через три месяца я съехал с нашей квартиры. Расстался с последним местом работы - уехала Саша, и ровно через три месяца мне стало негде жить. Наваждение. Нужно взять бензопилу и слегка откорректировать реальность.
Жизнь моя андердожья оказалась насыщенной. Я прочел курс лекций в Институте театра и кино, преподавал фотомастерство балеринам в хореографичеcком училище и тенорам в Национальной академии искусств; отредактировал сценарий кинофильма.
Отснял, смонтировал и запустил в ротацию на Ти-Ви два видеоклипа. Один из них - для государственного народного танцевального ансамбля, другой - для струнного академического. Создал несколько обложек-вкладышей для компакт-дисков. Запустил телепроект “Молодые режиссеры”. Организовал гастроли камерного симфонического оркестра.
Всё это созвездие Плеяд я собрал в лукошко за три месяца, ночуя на провальных явках у знакомых. Без собственного угла и с портфелем, где были ручка, блокнот и записная книжка. За время, прошедшее с отъезда любимой Саши, впечатления оказались ярче, чем за полгода, когда она паковала вещи и устраивала мне истерики.
...Седьмое ноября, мой первый рабочий день. Я - офисный работник в костюме, белой рубашке и галстуке. Сижу в кресле перед монитором. За окном капает дождь.
Вновь у меня два рабочих телефона, факс, пейджер, мобильный телефон. Корпоративный сервер и почта, выделенная гигабайтная линия интернета.
Тоскую по андердожьей бездомной жизни. Сейчас фокус моего внимания переключен на банки, фондовые биржи и торгово-промышленные палаты. Меня не вдохновляют члены советов директоров и председатели правления корпораций и холдингов.
Надоело раздевать взглядом офисных девушек и клиенток. Иду по улице, навстречу спешит девушка с интересным лицом. Надо бы записать ее телефон. Но зачем?
Мои ежедневные фавориты - это программа для работы с электронными таблицами и почтовый клиент. Я должен восторгаться процентами от прибыли и передвижением денежных средств со счета на счет, а не бедрами и бюстами девушек. Лучше начинаю понимать, почему мы расстались с Кси, реинкарнировавшей в офисного клерка. Мы с ней по-разному стали ощущать мир.
Пишу в дневнике:
«Чувствую, что мой этап underdog’а закончился. Семь вечера. Прозябаю в офисе и тщетно пытаюсь отыскать 10 000 долларов в смете проекта, утерянные в итоговой сумме. Ненавистный Exel, он глючит и неправильно считает. Хочу фотографировать.».
В обеденный перерыв захожу в модельное агентство.
- Я тебя не узнала. Давно не видела тебя в галстуке и пиджаке, - говорит его руководитель.
- И без запаха алкоголя.
- Куда пропал? К нам почаще заходи. Скучно без твоих провокаций.
- Охладел к моделям.
- Расстался с любимой Сашей?
- Давно.
- Где она теперь?
- В чьих-то постелях. Хочу сделать крупный проект.
- На какую сумму?
- Для начала на 50 тысяч долларов. На меньшее спонсорские программы компаний-гигантов сметы не рассматривают.
- В таком случае, у меня нет для тебя делового предложения.
- Я знаю.
