Опубликовано в еженедельнике "Караван", 1994 г.
Огромные по площади районы столицы застроены железобетонными коробками. Они известны в качестве "спальных районов", а сравнимы лишь с американскими "гетто". Нравы "спальных районов", напоминающих сумасшедший дом на мостовой, не могут не удивлять: в их "стволах" и "шахтах" рождаются, вырастают, старятся и умирают в нищете и узколобой обывательской ограниченности. Эх, не судите обо мне, пока я стою за станком или прилавком, зато придите ко мне домой и тогда увидите!
Вот и я в недавно снятой квартире поднял телефонную трубку, и с тех пор эта история длится пару недель, вернее, мой неслужебный роман с одним из столичных шоферов. Он позвонил по телефону, спросил некого Колю, страшно огорчившись, что он съехал:
- Я к нему привязался! Можно я зайду на минутку - так хочу еще раз оказаться в его квартире!
Через час на иномарке подъехал лысеющий мужичишка в дорогом костюме, а через минутку он по-свойски шагнул ко мне за порог и выложил на стол коробку конфет. Наверное, мужику ("Андрей, экономический директор фирмы, продающей автомобили",- кротко представился он.) очень нравился Коля.
К сожалению, Андрей с первого взгляда напоминал не убийцу с коловоротом и не экономик-менеджера, а банального шофера, возящего собственного шефа. Его костюмчик сидел мешком...
Андрей позвонил за неделю три раза. Он интересовался здоровьем и настроением. Затем явился без приглашения ближе к полуночи с бутылкой шампанского:
- Почему бы нам не быть вместе?- В приступе откровения выпалил он, но так и не признался, что он всего лишь "извозчик".
- Что тебе мешает?- Вопрошал он. - это же так естественно! Я тебя буду содержать, продукты покупать!
- Нет, - говорю, - так просто я не могу.
В следующий вторник он звонит и говорит:
- Выходи, покатаемся!
Наш автопроменад закончился весьма банальной парковкой у ветхой пятиэтажки в одном из микрорайонов. Схватив дорожную сумку, он позвал меня в дальнюю дорогу на второй этаж. Открывшееся взору за входной дверью зрелище потрясало изнежевшееся воображение.
Типичная хата на ночь: пошарпанный диван, колченогие стулья, ободранные обои и прогрызенный мышами линолеум. Пахло предрождественской затхлостью и слабоумием. Развалившись на диване, Андрей сунул мне в руки пакетик со снедью:
- Приготовь похавать!
Сдержанное молчание он понял по-своему:
- Сейчас сбегаю!
"Я столько не выпью", - было не промямлил я.
В пакетике оказались заботливо сваренные женой яйца, по-домашнему нарезанная колбаса и хлеб. Соль, завернутая в бумажку, вообщем, собирала женушка муженька в командировку.
Андрей вернулся, сказав, что поставил машину на стоянку. "Значит, на ночь",- подумал я. Мы выпили, закусили, еще раз выпили.
- Ну че, пойдем что ль покувыркаемся? - Между прочем предложил он.
- Здесь что ль? - Так же между прочим спросил я.
- Да это квартира моего друга, просто он в отъезде, и здесь беспорядок! - Бедный шофер развел руками, мол, чего тебе еще не хватает?
Мы пререкались с час, за который спесь с "экономического менеджера" окончательно сошла. Он протянул мне стодолларовую купюру:
- Вот, возьми, я тебе каждый месяц давать буду! - Я не взял.
Потом мы выпили еще по стопке, Андрей размяк и признался во всех смертных грехах. Мысли содержать любовника он не выкинул из дурной головы до сих пор: все звонит и звонит. Фу, насколько это плоско неинтересно! А сколько еще таких вот квартирок и контактных телефонов...
