Болезнь приходит не тогда, когда человек физически ослаблен. Она наступает в тот момент, когда он перестаёт быть необходим самому себе — когда утрачивается внутренняя опора, а голос души глохнет в повседневной суете. Простуда — вовсе не просто след переохлаждения. Это знак внутреннего молчания, сигнал о том, что слова застряли где‑то внутри и не находят выхода. Тогда тело берёт на себя роль говорящего: оно переводит невысказанные переживания на свой язык. Кашель становится голосом подавленного крика, который так и не прорвался наружу. Насморк — это слёзы, оставшиеся непролитыми. Температура возгорается как пламя, сжигающее накопленные тени — невысказанные обиды, затаённые страхи, давние разочарования. Не все болезни следует воспринимать как врагов. Порой они выступают вынужденными наставниками: останавливают бесконечный бег, прерывают притворство, заставляют замедлиться и прислушаться к себе. Человек борется с лихорадкой, но истинная лихорадка кроется не в теле — она живёт в плотном графике, в тревожном ожидании, в бесконечном «надо», которое давит и не отпускает. Он глотает таблетки, стремясь избавиться от дискомфорта, но не слышит главного: боль — не всегда враг. Она может быть проводником, указывающим на то, что требует внимания и переосмысления. Вирусы, вторгаясь в жизнь, создают вынужденный покой — и тем самым возвращают человека в тишину, к самому себе. В этой вынужденной остановке рождается возможность: услышать собственное дыхание, разглядеть то, что было скрыто за суетой, восстановить связь с тем, что действительно важно. Болезнь, вопреки страху и неудобству, может стать точкой поворота — к осознанности, к бережному отношению к себе, к пониманию, что здоровье начинается с гармонии внутри.
