ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ
Глава 1
Путь к успеху бывает разным. Молниеносно-огненным, подобно отправляющейся в космос ракете, и размеренно-неторопливым, как течение тысячелетней реки. Иногда дорога к вершинам терниста и напоминает притчу о попавшем в бидон с молоком кузнечике: сила воли, характер и несгибаемое желание жить заставили зелёного друга перебирать длинными задними лапками, а вспенившееся до сливок молоко свело к нулю риск утонуть.
Среди на века вписавших своё имя в историю людей подавляющее большинство примеров будет схоже как раз с нерадивым кузнечиком. На связанные с созданием первого автомобиля многочисленные анализы, исследования и эксперименты Генри Форд потратил более двух лет непрерывной работы. Изобретатель вместе с командой позабыли про Рождество, Новый год и День благодарения, трудясь в режиме «без обеда и выходных» двадцать пять нескончаемых месяцев. И вот, к июню 1896 года свет увидел одноместный «Квадрицикл». Бак первого в мире бензинового автомобиля вмещал всего-навсего одиннадцать литров, а под капотом таились скромные четыре лошадиные силы. Как бы там ни было, «Квадрицикл» стал первым достижением молодого разработчика, впоследствии прославившегося на весь мир.
Гений эпохи Высокого Возрождения Леонардо да Винчи долгих четыре года трудился над картиной «Мона Лиза». Согласно самым скромным оценкам. Нескромные же учёные утверждают, что четыре года живописцу понадобились лишь на знаменитую улыбку «Джоконды», а весь шедевр да Винчи ваял не менее шестнадцати лет.
Выдающийся французский архитектор Огюст Монферран потратил целых сорок лет жизни на возведение Исаакиевского собора в Санкт-Петербурге. По одной из легенд, местные волхвы предсказали зодчему смерть сразу после завершения строительства. Тот не спешил, растянув проект почти на полвека, однако скончался действительно в первые недели после того, как выполнил данное императору обещание.
Мануэла не придумывала автомобилей, не писала картин и не сооружала дворцов. Всё же нарочитое игнорирование подобного взлёта стало бы актом невиданного чванства. На превращение из нищей поварихи бразильской Гуаружи в миссис Хабрегас – первую леди штата Калифорния – ушло чуть больше месяца.
Свадьба состоялась в субботу, девятнадцатого сентября. Организационным моментам Джеймс уделил всего неделю, что, вероятно, повлияло на скромность церемонии. Хотя главная причина заключалась в обоюдном желании молодожёнов посвятить свадебный вечер лишь друг другу и не приглашать гостей. Тем не менее изысканное платье невесте всё же сшили: смесь ослепительно-белого гипюра, шёлка и кружевного полотна вместе с работой лучших портных штата явила элегантный наряд в современном стиле. Модель «Русалка» и выразительно подчёркивала соблазнительные формы, и оставалась короткой, разительно отличаясь от классических пышных туалетов викторианской эпохи. Нежно-воздушная шёлковая фата идеально дополнила образ, а завершили его украшения – золотые серьги с ярко-красными тайскими рубинами, алмазное ожерелье и обручальное кольцо с четырёхкаратным бриллиантом – которые вместе с мятно-розовыми туфлями на танкетке от Кристиана Диора превратили Мануэлу в пленительную обольстительницу.
Джеймс выбрал угольно-чёрный смокинг со стразами, объёмными серебряными пуговицами, глубоким вырезом спереди и атласными лацканами. Низкий вырез вынудил надеть схожий с лацканами атласный камербанд и галстук-бабочку. Бордовый жилет, белая рубашка, строгие чёрные брюки и лакированные туфли сформировали облик харизматичного ловеласа. Точку же поставила шляпа «Трибли» цвета индиго с узкими полями и позолоченными ковбойскими шпорами.
Церемония прошла в католическом соборе святого Винсента де Поля на бульваре Адамса – южной части Лос-Анджелеса. Произнеся «Да!» перед алтарём и поочерёдно расписавшись в церковной книге, брачующиеся получили право на первый поцелуй мужа и жены. Справились. А после помчались в Лонг-Бич – знаковое место для обоих, ведь познакомились они именно на янтарном песке пляжа Аламитос. Ожидавший вертолёт поднялся в воздух и без малого час кружил над прибрежным городком, водами Тихого океана и самим Лос-Анджелесом. Вид на столицу Калифорнии с высоты птичьего полёта поражал контрастами: бесчисленное множество улиц и бульваров образовывали запутанную паутину, охватывавшую весь город. Небоскрёбы Даунтауна виделись игрушечными, словно модели конструктора «Лего», однако всё равно выделялись на фоне частных домов, ресторанов и малоэтажной застройки Голливуда.
Первые минуты Джеймс рассказывал о достопримечательностях внизу, но стоило только вертолёту залететь в ближайшее облако, новоиспечённый муж перешёл к поцелуям. Мануэла ответила взаимностью. Возбудившись, была готова отдаться прямо на борту, но спутник умерил пыл и намекнул на приближавшуюся первую брачную ночь, в которую предложил не смыкать глаз.
Приземлившись на Аламитос-Бич, молодожёны стремительно избавились от торжественных нарядов и, облачившись в купальные костюмы, побежали к воде. В это время часть прислуги следила за платьем и смокингом, а другая усердно колдовала над праздничным ужином. Специально для мероприятия на пляже соорудили вместительную беседку с белым балдахином, размеры которой напоминали громоздкий шатёр арабского султана.
Крабы, лобстеры, акульи плавники, фуа-гра, хамон, морские ежи, красная и чёрная икра – казалось, повара собрали деликатесы со всего мира. На десерт шли трюфели, парфе из свежих ягод со сливками, капкейки с карамельным ганашем и ягодным конфитюром. Роль главного блюда вечера на себя взял свадебный торт: двухметровый пятиуровневый шедевр кулинарного искусства, который аккуратно ввезли на кондитерской тележке. По иронии судьбы его приготовили сникерсным.
Мануэла не переставала восхищаться всем вокруг: воздушной экскурсией на вертолёте, просторным шатром, обилием блюд. Последнее вовсе смешило, поскольку ни у двух молодожёнов, ни у нескольких служащих вместе взятых вряд ли получилось бы справиться с поглощением и четверти кулинарных творений фееричного вечера. Джеймс успокоил, пояснив, что излишки отправит в фонд помощи бездомным Калифорнии. Тем не менее, без ломтика свадебного торта грозился не выпустить жену из беседки.
Мясные деликатесы и изысканные морепродукты понравились настолько, что заставили на время забрать обратно слова о невозможности съесть всё. Так или иначе, после очередной порции Мануэла почувствовала насыщение. Трюфели, парфе и капкейки таяли во рту, а ананасовая «Пина колада» оставляла незабываемое послевкусие. Сникерсный торт стал самым чарующим блюдом, которое только пробовала в жизни. Неудивительно, ведь к концу трапезы вкусовые рецепторы пробудились на полную мощь, а опьянённый тропическим коктейлем мозг приказывал наслаждаться непревзойдённым десертом.
Влюблённые покинули пляжный шатёр лишь с началом сумерек. На арендованном десятиметровом лимузине кремового цвета водитель Айк отвёз молодожёнов на Пацифик-Коуст-роуд в городок Хантингтон-Бич. Наевшаяся до краёв и изрядно утомившаяся Мануэла поначалу хотела просто лечь спать, но поцелуи в шею и томное дыхание партнёра изменили планы на вечер. В ту ночь парочка задремала лишь под утро, разменяв дюжину оргазмов на двоих.
***
Несмотря на финансовую обеспеченность, Джеймс ни разу не бывал в Европе. Как и подавляющее большинство американцев, он считал, что всё или почти всё необходимое для жизни имелось либо в родной Калифорнии, либо в оставшихся сорока девяти штатах государства со звёздно-полосатым флагом. Что ж, если беспристрастно взглянуть на общий уровень жизни в США, оспаривать подобную позицию станет крайне сложно.
Мануэла, в свою очередь, вовсе не видывала никаких заморских краёв. Перелёт на другой берег Америки ознаменовал первое крупное путешествие в жизни, но даже он представлялся необходимой деловой командировкой, а не долгожданным отпуском.
В общем и целом, решение провести медовый месяц в странах Старого Света напрашивалось само собой.
В понедельник, двадцать первого сентября – всего через пару дней после свадьбы – молодожёны приземлились в Лиссабоне. Мануэла сильно волновалась, но Джеймс смог успокоить супругу. Перелёт на частном самолёте, в салоне которого находились лишь они вдвоём и прислуга, нервировал слабее авиарейса на борту крупного «Боинга», но тоже заставлял беспокоиться.
В столице солнечной Португалии провели меньше суток, однако успели посетить собор святого Георгия и башню Торри-де-Белен. Обоих впечатлили построенные на заре эпохи Ренессанса – более пятисот лет назад – сооружения, которые великолепно сохранились до нашего времени. Вечером того же дня отправились в Мадрид, где заказали индивидуальную экскурсию по Королевскому дворцу. После прогулялись по Пласа-Майор – центральной площади так называемого «австрийского Мадрида» – и главному парку испанской столицы Буэн-Ретиро.
[justify]Через сутки