поступило от него предло-
жение. — Тут умения нужно не больше бычьего!
— Не сегодня, дядя, – опешив, парировал я.
— А приходи завтра! – специалист хрипло засмеялся, пода-
вившись дымом. Панама на его голове заплясала.
— Спасибо за приглашение, – ответил я скорее машинально,
живо вынесенный на свежий воздух вихрем бабского визга и
коровьего мычания.
На следующий день в коровник я не пошёл и никогда больше
к Петровичу не ходил, скоро забыв про пигмея-ветеринара и
его весёлых доярок. Я играл в шахматы и волейбол с новыми
приятелями; приехали отдыхающие, и я оброс знакомствами,
потому что легко схожусь с людьми. Наивные люди — всегда
общительны. Я купался и загорал. Ходил по пятницам в кино
и на танцы с прелестными девушками, поселившимися в
«Бухловке». Жара отступила с началом августа; новый месяц
одаривал отдыхающих дневным теплом и предзакатной прохладой.
По утрам я по-прежнему слышал грустное мычание под щелчки
кнута.
Ветеринаром я так и не стал. Петрович и доярки разбили
мою мечту — детскую и пустую, едва зародившуюся и,
в итоге, не сбывшуюся. За это я им искренне благодарен.
