Новалис весь какой-то неземной. Словно сказочный эльф или ангел, спустившийся с небес, дабы скрасить людям их жизнь.
Поэт, философ, писатель, праведник. В каждой своей ипостаси Новалис задал высочайший стандарт.
В нём всё было прекрасно: его ангельская внешность; его чистая, без примеси предрассудков вера; его возвышенная ясная поэзия; его глубокий, полный скрытых посылов и в то же время увлекательный роман; его личная жизнь, с платонической любовью к Софии; его гражданская позиция — преданность Монарху, но без низкопоклонства; сам его псевдоним (он без раздумий отбросил древнее родовое имя). Он был прекрасен в дружбе, прекрасен в скорби, сохраняя верность почившей невесте. Люди, близко знавшие Новалиса, сравнивали его с цветочным ароматом. Также про него говорили, что он смотрел «на самое обычное, как на чудо, а на самое сверхъестественное, как нечто обыкновенное».
Подобно святым, Новалис жил, не касаясь земного. И это не было экзальтированностью или отчуждённостью. Он внимательно следил за научными открытиями. Его занимали вопросы социального, политического устройства, проблемы брака. Новалис не отвергал науку, но ставил её на служение идеалу и идее. Он являл собой полную противоположность господствовавшим тогда рационалистам. Его вера строилась на чистом незамутнённом чувстве, но не логическими конструкциями. При этом беспочвенный идеализм ему не был свойственен.
Новалис основательно занялся философией. Пройдя от логических схем Фихте до кантовской «вещи в себе», он сформулировал собственную концепцию бытия. Согласно Новалису, максимально полно, личность раскрывается в Боге, через приобщение к Богу. Таким образом, он объединял человеческое «я» и Абсолют. Гармоничное соединение крайних категорий было краеугольным камнем философии Новалиса. Он допускал, чтобы совмещались наука и вера, чувство и мысль, индивидуальное и Абсолютное начало.
Как любой, кто преуспел на пути к постижению истины, Новалис использовал простой доступный язык. Обычно проза, насыщенная философией, страдает эстетическими недостатками. Религиозные стихи не являются, строго говоря, поэзией. Красота редко соседствует с умом. Ещё реже религиозность допускает снисходительность к людям и почти никогда научное мировоззрение не сочетается с верой. Новалис — исключение. Любивший Бога, он был человеколюбив и жизнелюбив. Ни одно из качеств у него не перевешивало другого. Религиозное начало не доминировало над рациональным. Философский взгляд не заслонял поэтический. Одно дополнялось другим. Поэт, писатель, философ, праведник соединились в одном лице. На равнозначность его поэтического, философского и научного гения указывал и Шлегель.
Новалис прожил всего 28 лет и лишь три из них посвятил занятию литературой. Но при том оставил грандиозный, необозримый пласт. И вовсе не из-за обилия написанного, а из-за обилия изложенных идей и образов. Он написал так мало, но сказал так много.
Главный и единственный роман Новалиса так и не обрёл оформленного финала. Он и не мог быть закончен. Конечным пунктом путешествия Генриха фон Офтердингена были небесные чертоги, ибо весь его путь — это дорога к Богу.
В этом романе Новалис повернул вспять поток времени к старому доброму средневековью, каким его видел: с благородными рыцарями, возвышенными трубадурами и мудрыми священниками.
Его стихи в большей степени были религиозными гимнами, чем поэзией. Словно Живая вода, они наполняют душу светом и теплом.
Тщетно пытались подобрать подобных ему. Бёме, Экхарт, Данте, Паскаль... Новалис иной. Если кого-то и можно указать как его предшественника, то Ангелуса Силеузиса. Хотя тот всё же был больше проповедником, чем поэтом. Новалис же творил божественное искусство. В его произведениях равно сосуществовали Муза и Ангел. Вся предшествующая литература сводилась к описанию приключений и любовных похождений. Новалис привнёс религиозную проповедь, притчу в искусство.
Новалис — представитель иного романтизма, чем тот, что исповедовали Гёте и Шиллер. Во Франции близкого направления придерживался Шатобриан. Этот жанр можно определить как мистический романтизм или, ещё конкретнее, как христианский романтизм. Главными идеалами здесь выступали Вера, Честь, Красота.
Новалис воплощал эти идеалы не только в творчестве, но и в жизни. Устремлённый к небу романтик добросовестно служил чиновником. Поэт и труженик, он скромно исполнял свой долг. Служил королю и Богу.
Непостижимо, как это Католическая Церковь не догадалась, что в лице этого номинального лютеранина имела вернейшего своего защитника и адепта, достойного за свою примерную праведность канонизации. Но, пусть Новалис не удостоился места на официальном религиозном пантеоне, в истории литературы он остался как необыкновенно светлое и чистое явление. Новалис и умер, как подобает любому праведнику. Просто заснул. Вернулся на Небо.