Вместо обычных для завтрака утренних газет, перед конгрессменом лежал конспект его речи на сегодняшнем митинге, который он внимательно перечитывал в десятый раз. Приближались выборы. В этом году у него подобрались серьёзные соперники, но и шансы попасть в сенат были высоки как никогда.
— Тебе не надо поторопиться? — супруга всё-таки решилась нарушить одиночество мужа.
Неожиданно войдя в столовую с перетянутой полотенцем головой и в домашнем халате, она вызвала странную реакцию мужа. Увидев её, Робинсон принялся удивлённо оглядываться по сторонам.
— Ты что-то потерял?
— Фу ты, — улыбнулся конгрессмен и хлопнул себя по колену, — тебя. Мне на мгновение показалось, что в комнату вошла совершенно другая женщина. Как твоя голова, Маргарет?
— Спасибо, уже лучше. Ты не опаздываешь?
— Ничего, успею.
Сделав последний глоток, хозяин дома поднялся, небрежно бросил салфетку на стол и подошёл к жене.
— Не скучай без меня, дорогая, я скоро вернусь.
Маргарет остановила его, взяв за лацкан пиджака, и внимательно осмотрела с головы до ног.
— Где ты взял эти обноски? Надень тот, что мы купили у Бриони.
— Я хотел выглядеть более демократично, чтобы казаться ближе к простым людям. Костюм за сорок тысяч они могут расценить как вызов.
— Ерунда, они не разбираются в цене таких брендов. Ты должен выглядеть успешным и элегантным.
Обычно Маргарет не вмешивалась в дела мужа, а конгрессмен не интересовался её мнением. Поэтому он решил в виде исключения последовать её совету. В конце концов, женщины лучше знают, как должен выглядеть мужчина. Переодевшись, он попрощался с женой ещё раз. Традиционный поцелуй ничем не отличался от тысяч таких же, но в этот раз в глазах супруги вдруг вспыхнули жёлтые молнии. Впрочем, Робинсон этого не видел. Он, не торопясь, вышел из дома и отправился на митинг, а Маргарет вдруг побледнела, затем стала прозрачной и, наконец, совсем исчезла.
А спустя несколько секунд миссис Робинсон вошла в столовую.
— Милый, тебе пора.
Увидев, что мужа нет, она вздохнула — ушёл, даже не поцеловав — и вернулась в спальню.
***
Секретарша сенатора Эдварда Рида вошла в приёмную и протянула стакан воды его личной помощнице.
— Вот, Марлен, таблетка должна помочь.
— Как это некстати. Скоро выборы, сенатор намерен идти на второй срок, начинается самая горячая пора.
— Ничего страшного. Полчаса ничего не решают. Головная боль у тебя не на месяц. Лучше всего приляг. Пойдём в переговорную, там есть диван.
Девушки поднялись и скрылись за дверью напротив кабинета сенатора. Через минуту в приёмную вошёл сам Эдвард Рид. Несмотря на солидный возраст и почти полное отсутствие волос на голове, этот крупный мужчина нравился женщинам. Он знал это и любил пофлиртовать с молоденькими помощницами.
— Марлен, я тебя не узнал. Ты стала ещё прекрасней.
— Здравствуйте, сенатор. Спасибо. Вот график работы на сегодня. А это документы, которые надо подписать.
Девушка вышла из-за стола и, цокая высоченными каблуками, подошла к мистеру Риду почти вплотную, как он любил. Протягивая папку, она случайно выронила её и быстро нагнулась, чтобы собрать документы. Сенатор решил ей помочь и тоже нагнулся. Их головы соприкоснулись, и глаза помощницы загорелись жёлтым огнём. Однако мужчина не заметил этого, так как глубокий вырез платья Марлен в это время находился слишком близко от него и перетягивал всё внимание на себя.
— Марле-ен! — сенатор шутливо погрозил девушке пальцем, — Не пытайся меня соблазнить, я женат.
— Ну что вы, Эдвард, —Марлен уже собрала бумаги и выпрямилась, — я и не думала.
— Да? — старый ловелас наигранно изобразил сожаление, — А я так надеялся.
Оба непринуждённо рассмеялись.
— Сегодня есть что-нибудь срочное? — занялся, наконец, делом сенатор.
— Нет, только вот этот документ.
Помощница достала из папки несколько листков. Политик пробежался по ним взглядом, проверил итоговую цифру и подписал бумагу.
— Да, это срочно. Попроси Анну отправить документ как можно быстрее. Мне уже звонили. Кстати, где она?
— Она здесь, — девушка указала на дверь переговорной, — позвать?
Сенатор немного поколебался, а потом произнёс:
— Нет, не надо, пять минут это может подождать.
Как только дверь кабинета закрылась, документ сам собой оказался на столе секретарши с пометкой: «Отправить срочно», а Марлен исчезла, оставив после себя небольшой дымок и лёгкий запах гари, которые через минуту растворились в воздухе без следа.
***
С чёрного хода здания государственного департамента юстиции вышел высокий худощавый мужчина средних лет в надвинутой на глаза шляпе и больших тёмных очках. Кивнув охраннику, он нырнул в затонированный лимузин, который моментально сорвался с места. А для всех Элиот Адамс, генеральный прокурор штата, по-прежнему сидел в собственном кабинете и работал с документами.
Через пятнадцать минут никем не узнанный высокопоставленный чиновник вошёл в скромный особняк, спрятанный от посторонних глаз за часто посаженными тисами. Его встретила затянутая в кожаные брючки и жилетку брюнетка в полицейской фуражке.
— Тебе идёт этот наряд, Мари. Он буквально преобразил тебя.
Любовники слились в страстном поцелуе, и как только закончили, девушка зашептала мужчине на ухо:
— Я приготовила для тебя подарок. Уверена, тебе понравится.
Элиот не мог видеть, как в глазах Мари засверкали жёлтые искры. Пара направилась в комнату, где мужчина замер на пороге с раскрытым от удивления ртом. Девушка прошла немного вперёд, взяла со стола кожаную плётку и подмигнула двум особам в нарядах, которые больше показывали, чем скрывали.
Таблетки от головной боли так похожи на снотворное. Часом раньше Мари приняла всего одну и уснула с телефоном в руках, так и не сообщив любовнику, что встреча отменяется.
***
Водитель открыл дверцу роскошного представительского роллс-ройса, и на заднее сиденье сел солидный джентльмен неопределённого возраста в безупречном костюме. Автомобиль мягко покатил по широкой шестиполосной дороге.
— Рад тебя видеть, Марианна. Рассказывай, как всё прошло?
Вместо ответа, девушка с жёлтыми глазами протянула пачку газет. Мужчина взял их и принялся читать заголовки.
— «Расовая сегрегация в палате представителей», неплохо. Снимки весьма удачные. Ага, а вот отдельный фоторепортаж: «Конгрессмен Джон Робинсон избивает чернокожего мальчика, пролившего кофе на его костюм». М-да, твои ребята постарались. Очень эффектно. Ну, дальше всё в том же направлении. Отлично. С этим кандидатом всё. Что с остальными?
Девушка молча кивнула на газеты.
— Ага, вот, вижу. «Сколько стоит сенат» — хорошо. «Налог на взятки» — неплохо. «Безграничная честность» — нет, это не годится. Напомни мне сократить финансирование этим ребятам. Ага, вот, в дайджесте новостей на первом месте: сенатор Эдвард Рид по ошибке включил в налоговую декларацию полученные взятки. Ха-ха-ха-ха. Ты умница, девочка. Отлично сработано.
— Спасибо, шеф, — нарушила молчание Марианна неожиданно низким голосом.
— Ну, и последний. «Сексуальные пристрастия генерального прокурора» — банально, не остро. «Найди на фото жену Элиота Адамса» — это лучше. «Кто следит за соблюдением закона» — снимки потрясающие. «Вот так — не генеральный, а вот так — не прокурор» — фу-у, это же могут увидеть дети.
Джентльмен ещё раз перебрал газеты и на минуту задумался.
— Хорошо. На этих выборах они мне больше не конкуренты. Что дальше с ними?
— Конгрессмен отделается разбирательством и штрафом. Он отвалит семье мальчика такую сумму, что все чернокожие Соединённых Штатов станут мечтать быть им избитыми. Его политическая карьера закончится, но мелко пакостить нам он будет ещё долго.
— Ничего сделать нельзя?
— Нет, он тоже работает не один. У него сильные покровители в моём мире. Больше я сделать не могу.
Городские кварталы за окном сменил пейзаж фермерских полей. Деревья вдоль дороги слились в сплошную полосу. Мужчина пару минут наблюдал за движением редких облаков, после чего вернулся к разговору.
— Хорошо. А остальные?
— Сенатор прикрыт так же, как и конгрессмен. Он попадёт под суд, но отделается условным осуждением и огромным штрафом. С ним мы тоже ещё встретимся.
— А прокурор?
— С этим проще. Семья его жены имеет очень могущественных покровителей у нас. Объединившись, мы сотрём его в порошок. Жизнь он закончит на помойке.
Удовлетворившись ответом, джентльмен улыбнулся:
— Отлично! Операцию можно считать завершённой. Не зря я назвал её твоим именем. Конкуренты на таком дне, что глубже не бывает. Всё сделано превосходно.
Девушка улыбнулась и расслабленно откинулась на спинку. Через час попутчики сидели в частном самолёте, готовясь к перелёту. Пилот прогревал двигатели и вспоминал жену, с которой расстался два часа назад. Он никак не мог понять, почему её глаза стали отдавать желтизной.