Мой дом - литсайт

Нежнейшее приветствие, юзеры, братья и сестры, поэты и поэтессы, литераторы и графоманы, писатели и стихотворцы. Как жизнь? Учитесь, работаете, сидите на пенсии? Вот и хорошо, учитесь дальше, и работайте, и любите пенсию такой, какая она есть, многие до неё не доживут.

Я так не сделал, в своё время. Когда я был в вашем возрасте, я выбрал литсайт.
Посмотрите, на что я теперь похож. Жалкий обрубок, инвалид без инвалидности, умственный и физический калека, неспособный даже срифмовать пару строк самостоятельно. А все начиналось так весело. Мы с друзьями - Дмитрием Игоревичем, наставником в ПТУ, и Олегом Витальевичем, восьмидесятишестилетним пенсионером, нагоняющим священный ужас на Пенсионный фонд,  заходили на литсайт, так, поразвлечься, порифмовать что в голову взбредёт, ах, дождик пошёл, надо забежать на литсайтик и оставить четверостишие, ах снежок выпал, надо обязательно накропать стих на такую оригинальную тему. Мы были теми, кого вы зовете графоманами, писаками, стихоплётами.
Сперва мы делали это ради прикола, потому, что это было "модно" - быть "ни как фсе". Причисление себя к снобистскому тщеславному легиону литераторов, которые могут в разговоре проронить "вообще-то я ещё и поэт... если вдохновение нахлынет" или "просто я сегодня не в Музе" - это словно одевало на нас ореол чего-то возвышенного, овевало нас дымкой сверкающей необычности, покрывало налётом элитарности и богемности.
Сначала мы поэтизировали двачили пару раз в неделю, присылая друг другу ссылки на свои творения. Затем это стало происходить все чаще. Потом нас затянули конкурсы. Больше, больше, больше конкурсов. Как это так, конкурс пройдёт без меня!!? Ни за что!!! Мы лайкали друг друга и всех подряд, мы рифмовали любые темы, от упавшего листика до горящего Куршавеля.
Литсайт стал сначала для нас гостиницей, а потом - домом. Мы даже незаметили как это произошло.
В один из тех дней, когда мы врывались в реданонс, ушел Дмитрий Игоревич.
- Мужики, я так больше не могу... Я выбираю реальную жизнь . - сказал он, и ушёл.

Его аккаунт стал покрываться пылью. И тогда мы начали рифмоплётить с удвоенной силой - это было похоже на какой то дурман. Больше стихов, больше конкурсов, больше лайков. Помню только, как в лифте соседка посмотрила мне в глаза, и её вжало в стену от ужаса.
- П-п-простите, вы не вампир? У вас красные глаза... Не ешьте меня, пожалуйста. - сказала она дрожащим голосом.

Перед сном я вспомнил, как раньше думал - "Ха, пацаны, я никогда не подсяду на литсайты - кто угодно, но не я! Я захожу туда два - три раза в неделю, просто для прикола, уж кто-кто, а я точно не стану одним из этих ваших графоманов!"
И вот, я один из них. Я поэт. Я рифмоплёт. Я рифмую в метро, в трамвае, в автобусе. В лифте.
Потом ушёл Олег Витальевич. Его пронзил какой-то злой отзыв, и он умер прямо за компьютером, хотя считался самым закалённым из нас в интернет-битвах.
Я написал некролог-балладу, потом решил, что это недостойно памяти поэта-соратника и запостил некролог-оду. Потом я выдал шикарный сонет-некролог. Когда я писал некролог-элегию, позвонила соседка, и сказала, что её кошка в панике от моих воплей.
- Лучше быть вампиром, чем поэтом. - сказала мне соседка.

Я её тут же срифмовал с наседка-табуретка-горжетка и она обиделась. Я орал ей стихи в замочную скважину, рифмуя слова с мяуканием её кошки. Соседка вызвала участкового.
Участковый, который пришёл вначале бодрый и решительный, быстро стал унылым и усталым после третьего моего стихотворения. Он никак не мог понять, какую статью я нарушил и вскоре убежал под благовидным предлогом. Я декларировал ему свои стихи, когда он садился в лифт. Он уже ехал вниз на лифте, но я не успокоился и орал свои вирши в щель между створками лифта.
Потом пришли мрачные санитары и увезли меня в место, где мягкие стены и нет компьютера.
Поначалу меня ломало, я стонал, кричал, и визжал, будучи лишенным своего уютного литсайтика, я рифмовал всё подряд на автомате, а потом затих, уйдя в свой воображаемый мир.
Я начал представлять, как я захожу на страницу, смеяться над выдуманными остроумными комментариями, щелкать пальцами по несуществующей клавиатуре. Вскоре я пошёл на поправку, хотя заведующий отделением аж перекосился, когда я срифмовал "врач-рвач-грач", но я сразу сказал, что это у меня от страха вырвалось, остаточный эффект таблеток, которыми меня пичкали.
Когда меня выпустили, я перестал заходить на литсайт из дома, я вынюхивал тихие полуподвальные интернет-кафешки, где из-под полы хозяин может продать тебе порцию литсайта, и старался дважды не ходить в одну и ту же, а дома изображал примерного гражданина, хотя мои пальцы ещё пахли несвежими рифмами.

Так прошел год.
Однажды, когда я сидел в очередной прокуренной интернет-забегаловке под кайфом от литсайта, меня словно вдруг что-то схватило за сердце. То ли я прочитал неудачный комментарий второй свежести, то ли нарвался на слишком блистательный стих, и от зависти не смог перенести этого.
Я охнул и упал, схватившись за грудь. Ледяная хватка все туже сжимала мою грудь, и, исходя холодным липким потом, я пополз между рядов грязных стульев, сипя от боли. Кричать я не мог.
В какой-то момент боль стала настолько невыносимой, будто мою грудь пронзили ножом, и меня скрючило на полу. Чьи-то руки бережно подняли меня.
"Хорошо, что есть ещё добрые люди" -  сквозь пелену боли подумал я. Эти руки вынесли меня на улицу, и выбросили в сугроб, за помойкой, где меня было не видно. Я потерял сознание и мои глаза ушли в темноту.
Очнулся я уже в больнице. Но лучше мне было умереть. Мои ноги были ампутированы по колено, а правая рука - парализована. Судьба, насмехаясь, оставила мне одну руку - чтобы я мог вытирать себе задницу. Родственники отказались от меня, и, пролежав в больнице полгода, я оказался один, без средств к существованию. Я попрошайничал на улице, катаясь в маленькой детской коляске, на морозе, надеясь выпросить хотя бы на кусок хлеба. Я спал в подвале, и жил без надежды, пока меня не нашли волонтеры ЦРПЛа (Центр Реабилитации Пострадавших от Литсайтов).
Теперь я езжу по школам и рассказываю свою историю.Еще три года назад я был таким же, как вы - молодым, розовощёким, уверенным в себе и с налётом высокомерия. Теперь все потеряно. Вы всё ещё думаете, литсайты - это весело? Думаете, быть поэтом - это круто ? Посмотрите на меня. Цените жизнь, господамы, цените жизнь и главной целью в жизни выберите свой настоящий дом.