Записи из дневника Ворона. Запись №105

После долгого напряжения, когда каждый вдох был борьбой, наступает мгновение, в котором всё стихает. Не потому что боль исчезла, а потому что она больше не требует ответа. В тишине, что следует за криком, нет победы и нет поражения — есть только усталость, честная и без прикрас. Человек, переживший бурю, не торопится открывать глаза. Он знает: первый взгляд на разрушенное может оказаться тяжелее самой бури. И потому он лежит, чувствуя под собой землю, которая, несмотря ни на что, остаётся твёрдой. В этом сне нет образов. Нет ни прошлого, ни будущего. Только тьма, в которой можно наконец перестать сопротивляться. Словно весь смысл был в выживании, а теперь, когда он достигнут, больше нечего доказывать. Такой сон — не бегство. Это признание, что вы были, боролись и остались. И теперь вы имете право не думать, не чувствовать, не быть никем. Он не просыпается сразу. Просыпание — это уже новый труд. А пока он просто дышит, и этого достаточно. В этом покое — не слабость, а итог. Как будто сама жизнь сказала: хватит. И он слушает.