- Звяк-звяк, - откликнулся аппарат, когда Сашка засунул в него браслеты, собранные им за день. – Цзинь-цзинь, - одарил аппарат Сашку монетками. Прилично получилось: на пару QE. Всё, как ты любишь. Почему-то, иномирные существа очень трепетно относятся к браслетам. Но и это ещё не всё: от Диспетчера прилетел бонус в виде одноразового нагревательного прибора на две тысячи энергетических единиц, приблизительно соответствующих нашим киловаттам. Отличный подгон: жаль одноразовый. Теперь дома можно прогреть помещение, а то холод достал до печёнки. Ещё бы обмыться, но воду, даже для питья, приходится добывать из снега и льда. Для этих целей Сашка придумал масляный нагреватель, но он, сука, жрёт много масла. Теперь хоть искупаюсь и постираюсь. Самка собаки, теперь ещё и о Полинке надо думать.
- Пошли покупать батончики, - по направлению к торговым аппаратам потянул девчонку за рукав Сашка.
Он сразу приобрёл двадцать штук батончиков за небонусные золотые монетки: один батончик стоил одну золотую монету. Конские у них цены. Теперь самое интересное.
- Клади в инвентарь батончики, - распорядился Сашка.
Ура, получилось: опека сработала – Полинка благополучно положила в свой инвентарь все батончики. Теперь хоть над её кормлением не надо задумываться. Двадцать дней на батончиках продержится влёгкую, а за это время научу её добывать себе QE и монеты: руки и ноги имеет – пусть выполняет задания Диспетчера, не маленький ребёнок, пусть шуршит пакетиком. Если мне опять подкинут мелких детей для опеки, то я просто сойду с ума и начну кусаться.
Спать Сашке хотелось неимоверно. Натруженные за день мышцы ныли, хотелось упасть и не вставать, но надо кастрюлями носить домой снег, чтобы добыть из него воду. Пришлось припахать девчонку. Жил Сашка на втором этаже двухэтажного дома. Ещё пять квартир соседских, но из живых соседей Сашка видел только мужа и жену Мальцевых, а куда делись остальные соседи после Великого Перехода, Сашка даже думать не хотел, но догадывался.
Сашкина квартира состояла из четырёх комнат, но он мог слегка обогревать только одну, где спал: остальные комнаты представляли собой натуральный ледник. Сейчас же, с помощью бонусного нагревателя он устроил Африку в ванной комнате. Нагреватель фурычил исправно: снег и лёд бодро превращались в воду, а вода нагревалась. Скоро две больших кастрюли оказались заполненными горячей водой.
- Я первый иду обмываться, - заявил девчонке хозяин.
Хорошо хоть канализация пока ещё нормально отводила грязную воду. Но это пока. Скоро и она накроется медным тазиком: замёрзнет или сломается - исчезнет, как исчезло электричество, газ, интернет и вода. Сашкин дом обогревался централизовано. После наступления катаклизма отопительная система перестала работать: пришлось догадливому Сашке идти в подвал, перекрывать вентиль на отопительной системе и сливать из системы воду – а то батареи потрескаются от холода. Никто Сашке не помогал, даже дядька Федя Мальцев.
Кое-как Сашка обмылся, потратив на себя кастрюлю воды. Полинке сказал, чтобы она мыльную воду из ванны не сливала, потому что в этой мыльной воде мы простираем некоторые вещи. Кажется, девчонка поняла, но взять из своего дома запасное бельё она не сообразила. Вот в какое исподнее мне её одевать? Плевать, поносит мои старые труселя.
Стирал свои и Полинкины вещи опекун из последних сил: на морально-волевых. Хорошо хоть нагреватель довёл температуру в спальне до двадцати шести градусов. Раньше в этой комнате обитала сестра Ника, но жива ли сейчас Ника и Сашкины родители неизвестно. Сашка надеялся, что Ника жива, ведь она намного умнее его, хоть и младшенькая. Да и решительности ей не занимать. Эх, Ника-Ника, если бы ты сейчас находилась рядом со мной, сейчас бы мне твой светлый ум здорово бы пригодился, - сокрушался Сашка, засыпая на диване. На находящейся в этой же комнате кровати сопела Полинка: она тоже вымоталась неимоверно, как физически, так и морально.
Ещё одни сутки прошли после начала Великого Перехода, чтоб облезли те, кто его придумал. Не живёшь, а выживаешь, и времени, этой эфемерной субстанции, всегда не хватает: двадцать четыре часа в сутках оказались слишком малым количеством для реализации всех намеченных дел. Сашка заснул, но время не спит: оно бодрствует, когда все спят; оно даёт отдых людям, но и убивает их.
Проснулся Сашка в девять часов утра с крамольной мыслью: «Какого ляда я вообще проснулся?» Мышцы тела ломило немилосердно. Отставить скулёж и причитания! Для него девять утра - это очень поздно. Обычно Сашка уже с пяти утра начинал шуршать в поисках пропитания и обогрева. Как можно раньше он начинал изучать предложения от Диспетчера на предмет «вкусных» заданий. Ага, вчера задания случились до безобразия «вкусные». Хорошо хоть не обрыгался. Ещё парочка таких замечательных заданий и я мизантропом стану.
Себе и Полине Сашка приготовил манную кашу, на воде, естественно. Готовил на масляном нагревателе, сооружённом из консервных банок. Кинул в кашку по кусочку масла и по ложке варенья. Растолкал Полинку. Нехрен спать, впереди много дел. Мог бы, конечно, и не кормить Полинку, ведь у неё есть батончики, но если в запасах осталась крупа и немножко масла, то их надо съесть, а то пропадут продукты. Вот с питьевой водой затык, но пока ещё немного воды оставалось в Сашкиных запасах. Угу, Сашка тот ещё куркуль.
В Сашкиных планах на первом месте стоял пункт прочитать опекаемой особи лекцию, как выживать в сложившихся условиях, а потом провести практические занятия. Ещё не успела Полинка доесть манную кашку и запить её горячим чаем с вареньем, как Сашка начал учить её жизни: опекун он над Полинкой, или погулять вышел; пусть девчонка балду не гоняет, а начинает соображать. Блаженна жизнь, когда живешь без дум, но это не про нас.
Полинке пришлось, сидя на кровати и сложив ладошки на коленках, слушать своего мудрейшего опекуна. Вот только опекунстововать над ней ему оставалось всего несколько часов. Разглядывала Полинка Сашку Апраксина с таким интересом, будто на нём написана формула Quinta essential.
Опекун, честно говоря, Полинке понравился: рядом с ним она чувствовала себя комфортно и как за каменной стеной. Теперь, при свете дня Полинка более подробно рассмотрела Сашку. Парень среднего роста, ну, возможно слегка выше среднего на один-два сантиметра; спортивно скроен, носит очень короткую причёску; лицо простое, но не отталкивающее. Когда он переодевался в свежее бельё, то Полинка заметила развитые руки и мощный пресс на животе парня. Сразу видно - опекун сильный парень, и не только физически. У него в квартире всё разложено аккуратно, нет грязи. Ещё он умный и хитрый: говорит так, что смысл сказанного становится понятным – раскладывает всю информацию по полочкам. Нам в школе учителя хуже объясняли, чем этот Сашка Апраксин. Наверное, он такой умный потому, что успел до Великого Перехода отмотать полтора курса в Пензенском универе. На кого он там учился, не сказал, только признался в собственном раздолбайстве: якобы учёба для него вторична, а спорт и развлекуха первичны. А где его семья? Как оказалось, семья, состоящая из отца, матери и сестры Ники, забралась в свой старенький «Фордик» и уехала на Новый год, на юг Краснодарского края, где в одном из посёлочков около моря жили дед и бабка по отцовской линии. Пустая квартира оказалась в полном распоряжении Сашки, страстно желавшем «оторваться» в свободной квартире с друзьями на праздники. Угу, оторвались. А что с друзьями?
- Друзья не доехали, - с грустью сообщил Сашка. – Я рано вырвался из Пензы, здесь готовил поляну, но тут грянул катаклизм. Ну, ты помнишь, с чего всё начиналось.
- Почти не помню, - призналась Полинка. – Всё, как в тумане. Помню только непрерывные причитания мамки, темноту, страх и жуткий холод. В себя пришла только сегодня, когда рассеялся дым в сознании.
- Но, браслет-то ты сообразила надеть, - показал Сашка на Полинкин браслет, надетый на левую руку.
- Это я сообразила, когда двадцать второго декабря появилась перед глазами надпись, предлагающая надеть браслет.
- Инфу с Коммуникатора читала? – стал уточнять опекун.
- Почти не читала, - пожала плечами девчонка. – Говорю, жила, как в тумане.
- Тогда слушай дядю Сашу: в любую свободную минуту читай информационные блоки в Коммуникаторе. Как прочитаешь один блок, так откроется новый, ещё и монетками поощрят. Чем больше читаешь, тем больше знаешь. Вот только не надо заниматься самокопанием, иначе можно прийти к пониманию бессмысленности бытия и к гнилым философским идеям. Какая наша с тобой главная задача? Ищем ключ к замочной скважине на двери, ведущую в мир волшебных возможностей. Книгу про Буратино читала? Вот-вот.
- Начну читать, - пообещала Полина. В голове Полинки закрутились шестерёнки, лёд тронулся, и что-то начало проясниваться.
- Но, есть затык, - охладил её рвение Сашка. – Читать край как надо, но времени нет – приходится бегать на задания. И ещё один нюансик: у всех в их Коммах разный набор информационных блоков. Поэтому надо делиться инфой с людьми, которым доверяешь. Ты информацию – тебе информацию. Вкурила?
- Я тебе доверяю, - призналась Полинка, глядя на Сашку с нескрываемым обожанием.
Четырнадцать лет девчонке, - бросил на подопечную взгляд Сашка. Возраст, когда гормоны рулят. Ох, и намучаюсь я с этой Полинкой. За что мне эти сорок пять килограммов счастья?
Так-то она ничего, симпатичная на мордашку девчонка, в моём вкусе: худенькая, но и женские прелести уже вполне проклюнулись. Сиськи и попка на месте. По её попе так и хочется шлёпнуть ладошкой, но это непедагогично. Девчонка, на мой взгляд, умненькая - её глазки наполнены чистым светом, а не мутные, как у особей, ранее живших в пространстве между Интернетом и реальностью. Надо девчонку загрузить работой по самую макушку, чтобы вот это обожание в её взгляде стереть. Сейчас она должна думать о выживании, а не о шашнях с опекунами.
[justify] - Если доверяешь, то признавайся, сколько у тебя QE и какой рейтинг? – распорядился Сашка, хотя, как опекун он знал, что