Глава 25. Последняя черта уходящего чёрта.
Люцифера они застали недалеко от замка спокойно работающим в своём саду-огороде, сразу за изумрудным озерцом, в котором плавали красные и белые караси с хитрыми человеческими глазками. Наверняка помилованные иуды. Один одутловатый явно на Горбачёва смахивает. Так же для отвода глаз пускает многочисленные пузыри и многозначительно шевелит губами, вероятно стремясь уйти от последней своей сковородки.
В заботливых дьявольских руках всё на плантации неистово распускалось и благоухало – флоксы, георгины, пионы, азалии, орхидеи, трудно было назвать, чего тут только не цвело во всю мочь и не источало тончайшие ароматы. Даже помидоры с огурцами и те не отставали, явно не гибридные, а весьма и весьма редких сортов. В надёжной будке, похожей на маленькую крепость, гремел цепью сторожевой цербер, также наверняка от самой чистой высокопородной линии адских псов. Вблизи огромный пёсик выглядел вполне спокойной, мужественной зверюшкой, вполне себе добродушной, если не слишком долго злить и вовремя подавать свежеиспечённых или поджаренных грешников.
Схватившись за поясницу, с оханьем выпрямившись, древний старик внимательно всмотрелся во входящих незнакомцев в странных скафандрах со сверкающими полусферами на головах, увешанных странным оружием, непостижимым в своей потрясающей эффективности. С ними, как ни в чём не бывало, плыла над дорожкой сада из алого кирпича сама верховная суккуба и валькирия преисподней, его любимая красная барыня Лариса. Люцифер этому нисколько не удивился, но всё-таки горестно воскликнул:
- О! И ты, Брутовна?! То-то, смотрю, не могу тебя нигде обнаружить, а ты, отказывается, к своим перебежала. Вот сучка! Как волчицу ни корми, а она всё равно в лес глядит, других волков высматривает. Высмотрела всё же! Однако, давненько этого ждал, если честно. Что ж, в таком случае сатана приплыл окончательно!
- Я – Михайловна! – Обиженно возразила Лариса. – А вовсе не Брутовна! И ты хорошо это знаешь, пень старый!
- Нет-нет. Ты ко мне пришла через века именно от римского квестора Марка Юния Брута, которому благоволил Юлий Цезарь и выдвигал на все посты, надеясь на его благодарность! А тот за это предал и присоединился к его убийцам. Мне-то лучше знать, от кого ты ведёшь свою родословную и что такое на самом деле есть благодарность. Не только собачья болезнь. Просто раньше не хотелось тебя расстраивать неизбежным твоим предательством, которое имеется в веках далеко не у одной тебя. Судьба есть судьба, она всем предписана, предательство предопределено на генном уровне, а тут и я не властен. Так что не возражай мне, милая. Не бойся, тебя вмораживать никуда не стану. Не для того молочка тифозного подсылал.
- Никто и не возражает, хозяин! Мы вам не мешаем?! Может попозже зайти?! – Добродушно отозвался майор Полубояров. – Извините, пожалуйста, мы к вам без приглашения. Вот – случайно проходили мимо и решили заглянуть. А Лариса просто дорогу показала. Вы же не против?!
- Как я могу быть против визита долгожданных гостей?! И Ларисе большое спасибо за это! – Люцифер, сверкнув на неё своим аспидным зраком, как ни в чём не бывало, продемонстрировал самую добрую в своём арсенале, почти страдальческую гримасу радушия на лице. – Наоборот. Настоятельно прошу посетить мою бедную лачугу. Чаем-кофе напою. Можете не беспокоиться, без цикуты, без аконита, даже без яда древесной лягушки, которым у вас дают путёвку ко мне наиболее упёртым противникам правящих режимов. Здесь вам ничто и никто не угрожает.
- Ага. Один только лапочка цианид! – Захохотал майор. - Что-то набор ваших средств убеждения не слишком впечатляет, уж больно древний! Если мы подружимся, можем вам надиктовать кое-что новенькое. «Новичок», слышали про такой?! Жаль. А яд трансгенной болотной гадюки как вам?! А стволового яду в аду не хотите ли?! От лучших поставщиков из нашей академии наук.
- Мы нисколько не переживаем на этот счёт. – Весело отозвался и капитан Хлебников. – После термоядерных птичек на подступах к вашему жилищу, нам теперь не страшно ничего. И никто. Мы даже отчасти вам помогли. Понимаете? Вам теперь не нужно беспокоиться об их содержании. Представляете, какая экономия получится?! Можете не благодарить, это мы от чистой души. Да и цикута с аконитом на фоне упомянутых нашего «Новичка» или не нашего лягушачьего токсина действительно смешно выглядят.
- О, да-да! Тут я с вами соглашусь! – Чуть менее вежливо улыбнулся сатана. – Знаю я и про трансгенную гадюку, как не знать?! Спасибо от всей души, но как-нибудь обойдусь! В следующий раз, если можно. А пока всё идёт, как оно и должно идти. Вот пусть и идёт! Повторяю, даже я ничего не могу поделать с естественным ходом события, пусть и в неестественном мире.
В этот самый миг, в мимолётную дыру вновь искривлённого пространства, на люциферово подворье ворвались четверо всадников, сопровождаемые пронзительным ржанием их коней, но не исключено, что просто была включена фонограмма трактовой репетиции предстоящего апокала. Живым пришельцам с поверхности Земли словно на миг продемонстрировали эти классные видения, будто все они мчались, материализованные как на подбор непосредственно из шестой главы «Откровения о конце света» Иоанна Богослова. На белом коне – Чума или Завоеватель, с надписью во лбу: «Ковид-19». На рыжем – Война или Раздор с надписью целеуказания: 2022-2035. На вороном – Голод (2045-2050), на бледном – сама Смерть неумолимая. Эта стихия как всегда без подписи конкретных дат начала и окончания, поскольку перманентна она от начала времён, примерно как революция. От неожиданного шоу спецназовцы от души посмеялись. Даже немного поаплодировали вполне кустарной, но всё же вполне феерической голографии, однако всё же и не особо ею впечатлённые.
Разочарованный Люцифер мгновенно сообразил, что столь продвинутых гостей ему явно ничем не пронять, ни с одного боку. Поэтому немного сник, а своё незаконченное гала-представление скомкал и развеял за собой довольно быстро. По его знаку дьявольские всадники тут же оборотились ничем не примечательными парнями, скорее всего охранниками, а кони оказались весьма пошлой гнедой масти безо всякого апокалиптического налёта, который аналогично общему флёру недавней предъявы куда-то попросту сдуло.
- Это моя любимая порода, кабардинцы! – С гордостью заметил про коней Люцифер. – Между прочим, получше арабских скакунов. Обратите внимание, все из живой плоти! Притом и в самом деле из живой! Как и эти ребята, идущие к нам. Живее некуда, не хуже вас, дорогие гости! Так что не всё здесь прах и тлен. Не всё! Можете пощупать, если не боитесь!
- Отец! – Подошли четверо молодцов в строгих чёрных одеяниях, но видимо рождённых от разных землянок, поскольку лица казались несовпадающими, хотя и одинаково тупыми, то есть, беспредельно преданными. – Ты нас не предупреждал об этих посетителях. У тебя всё нормально?!
- Успокойтесь, сыны! Я давно ожидал такого события. У меня с дорогими гостями предстоит серьёзный разговор. Так что, пожалуйста, идите по своим делам или отдыхайте.
- Как скажешь, отец! Мы будем неподалеку!
И четверо бесстрастных а также подобострастных богатырей твёрдым, но пружинящим печатным шагом прошли вглубь поспешно раскрывающегося перед ними замка папеньки-сатаны.
Дунул низовой ветерок и сразу почудилось заметно теплее и светлее. Можно было бы даже предположить, что внезапно проглянуло солнце, если забыть о пребывании на самом дне ада, где солнышко отродясь не ночевало. Свечение это проникало не столько с какой-либо стороны или сверху, а прежде всего откуда-то снизу. «А вдруг это подземное солнце Плутонии?!», невольно сообразил начитанный капитан Хлебников. «Наверно там у него другое охотхозяйство!».
Дьявол широким жестом пригласил гостей войти в замок и на ходу оживлённо прокомментировал удивительное изменение погоды в своей преисподней:
- И такое бывает у нас, отчего ж. Не одни лишь огненные дожди рыскают по раскалённой пустыне пройденных вами моих владений. Насчёт этого не такого уж и страшного, куда более терпимого инфернального тепла и света, позвольте мне процитировать самого себя. Вот послушайте: «Нет никого в этом мире бессонном, Тени теней разбрелись в полумгле, Греясь не в солнечном, не в отражённом, А в преисподнем, греховном тепле». Чуете весь смак этого?! Очищение от греха всегда вызывает чувство освобождённого тепла и света, между прочим, это вполне обычная у нас экзотермическая реакция, а вы и не знали, о чужеземцы?! Что замерли?! Или вы подумали, что сей стих вам написал бестелесный остаток Марины Цветаевой, или что вы его сами себе изваяли на пишущей машинке «Эрика»?! Нет-нет, гости дорогие! Это всё моё! И машинка моя! Помнится, за триста рублей мне демоны покупали. Просто этот текст я вложил вам в уши, когда вы общались с душами давно усопших гениев в отдалённых кладовках моей преисподней. А вы из этого и понавыдумали себе чёрт весть чего. Я же не могу сказать «бог весть что», не правда ли?! Для меня же сочинять такие строки, выращивая наиболее изысканные цветы в грязной клоаке преисподней, согласитесь, редкостное удовольствие! Такое и само по себе многого стоит, да и немало чего вам самим может сообщить о личности их сочинителя-флориста. Меня, то есть, чёрта, действительно знающего всё. Вот вам и первый штрих к портрету подлинного Люцифера, каков он есть на самом деле! А вторым штрихом я коснусь самого имени его, то есть, как бы моего собственного, конечно, если вы мне это позволите.
- Валяйте! Позволяем! - Оба спецназовца заулыбались. Вообще дедуля прикольный! И чего столько веков на него напраслину возводят?!
Упругий шаг дьявола по мере дальнейшего продвижения в глубины его магических покоев крепчал всё больше и больше, становился стремительнее и одновременно неуловимее. Теперь сатана практически плыл по воздуху, да так что и оперативники поневоле ускоряли передвижение, периодически включая в скафандрах электромагнитное ускорение. Они с лёгким изумлением оглядывали всё новые и новые анфилады комнат и залов, с баснословной роскошью раскрывающиеся перед ними. Старик на глазах преображался, явно затевая очередной пресенильный фокус. Спецназ с удовольствием приготовился выслушать новую сатанинскую басню, а потом побыстрее вытряхнуть из ушей очередное дремучее наваждение.
- Вы не задумывались, почему князь тьмы имеет имя собственное, почему его зовут именно Люцифер, что означает «Несущий или любящий свет». Вот есть имя Кристофер ли иначе Христофор, то есть «Любящий Христа». Так звали Колумба, открывшего Новый свет. А я – есмь Люцифер – то есть, «Любящий свет и несущий его людям». Может быть потому я и князем тьмы стал лишь по должности, а не по происхождению, как у вас по-прежнему сплошь и рядом происходит. Прежде всего, я взял себе именно такое имя, чтобы повсюду нести свет и тепло, очищая души людские от налипшей житейской грязи и мерзости. Про меня и апостол Иоанн написал в своём «Евангелии», между прочим, каноническом. Помните?! Стих пятый. «И свет во тьме светит И тьма не объяла его». Это про меня. Просто не смог солгать, как бы ни хотелось, или как шеф ни велел. А надо было: «И Люцифер во
