Ключи – в правом кармане. Пальцы, отодвинув край шершавой ткани, нырнули внутрь и нащупали холодный металл. Кольцо, на котором держалось два ключа, заметно ослабло. Разогнулось так сильно, что с общей связки слетел магнитный ключ от домофона и застрял где-то в надорванном уголке кармана. Пришлось вытаскивать ключи и аккуратно перекладывать их в левый карман. Главное, чтобы в это короткое действие, ключи не слетели с кольца и не упали на землю. Не хватало потерять ключи от квартиры, ибо шансов найти их даже под собственными ногами у меня не так много. Но, к счастью, они удержались. Теперь бы не забыть о том, что я их переложила. И вызволить ключ от домофона. Он очень сильно намотался на острую нитку, которая не хотела рваться, а лишь впивалась в подушечки пальцев. Пришлось немного повозиться, прежде чем у меня получилось вызволить его – маленький, из шершавого пластика с тремя характерными точками там, куда следовало класть палец, когда прижимаешь его к выемке в замке домофона.
Я сделала шаг вперёд и вытянула перед собой руку. В большом и указательном пальце был зажат нагревшийся от тепла тела ключ. Свободные пальцы ощупывали домофон – квадратные кнопки с выбитыми на них цифрами, которые я не могла разобрать, приятная рельефная текстура корпуса, маленький изогнутый бортик магнитного замка. Головка ключа идеально легла в выемку. Отщёлкнул магнит на двери, зазвенела привычная мелодия из четырёх нот – до, ре, ми, до. Пальцы левой руки проворно ухватили ручку отворившейся двери. Резким рывком я распахнула её настежь и вошла в подъезд, по обыкновению неспешно, за что поплатилась. Коварный доводчик потянул дверь обратно, и тяжелое дверное полотно ударило меня острым ребром между лопаток. Больно, неприятно и нелепо. И непривычно. Я все ещё не могу адаптироваться к тому, что Бенни больше не сможет держать дверь, когда я захожу домой.
Бенни – мой лучший друг. Мой любимый пёс породы золотой ретривер. Точнее, был им прежде, чем болезнь забрала его жизнь. Онкология не щадит никого: ни людей, ни животных. И тем более тех, кто очень дорог сердцу. А он был не просто дорог, он был моим сердцем. Потеряв его, я как будто лишилась жизненно необходимой части себя, хотя продолжала существовать. Выполнять привычные действия непривычным способом. Пыталась смириться с утратой, но каждый раз, столкнувшись с изменившейся реальностью, понимала – я никогда не смогу забыть его и принять, что моим верным спутником до конца жизни будет несуразно длинная трость.
В подъезде я вновь нарвалась на препятствие. Несмотря на то, что привычка ощупывать пространство перед собой давно испарилась, я всё же поводила тростью из стороны в сторону, однако ничего не почувствовала и двинулась прямо, в сторону лифта. Нечто тяжелое выросло передо мной будто из неоткуда. Мысок ботинка уперся в него и опрокинул. Осознание, что я свалила ведро и из него вылилось целое море пришло вместе с протяжным звуком бегущей воды и чьим-то незнакомым голосом, отчитывающим меня за неуклюжесть.
– Ты совсем под ноги не смотришь?! Так сложно оторвать глаза от телефона, когда идёшь куда-то?!
Голос принадлежал женщине. Судя по тембру немолодой. Он раздался за моей спиной, поэтому я совершенно не удивилась её претензии. Она же не могла видеть, куда я смотрела. Хотя слово «смотрела» ко мне абсолютно не применимо.
– Извините, – сказала я, обернувшись, а затем пошла дальше, прежде чем она что-либо поняла. Мне не хотелось, чтобы незнакомый человек упал передо мной на колени и начал извиняться только потому, что такие как она оскорбляют кого-то, не успев своевременно оценить ситуацию.
– А помочь... – достигло моего уха и прервалось громким «ой», когда я прощупала пространство перед собой тростью на наличие новых препятствий. Благо, что их не оказалось, поэтому я спокойно добралась до лифта и машинально потянулась в кнопке вызова кабины. Её я не искала, потому что за много лет отточила навык. Как только наконечник моих «глаз» упирался в щель между дверьми, я поднимала левую руку на уровне груди и, отведя её чуть в сторону, утапливала палец в липкой кнопке с небольшим отверстием в середине. Она щелкала, а следом по шахте начинал опускаться мой самый большой страх – громыхающий лифт.
Я боюсь замкнутых пространств. Да, как бы нелепо это ни звучало, но я чувствую себя некомфортно, находясь в узком помещении. Казалось бы, для слепых оно должно создавать чувство защищённости и контроля над пространством, но в меня вселяло лишь панику. Особенно кабины лифтов. Я бы и не пользовалась им, если бы не жила на девятом этаже. Подниматься по ступеням, когда ты «видишь» исключительное ничего, – сомнительное удовольствие.
Громкий скрежет, который издавали двери лифта дал понять, что он прибыл на первый этаж. Я машинально сделала три шага вперед, повернулась к правой стенке кабины и вновь точно попала пальцем в кнопку нужного этажа. Еще один ритуал, доведённый до автоматизма. И дальше то же самое.
Вообще, с того момента, когда я заходила в лифт, начиналась самая простая часть возвращения домой. Начинались подсчёты. Подсчеты минут в лифте, пока он поднимался. Подсчеты щелчков, определяющих количество преодоленных этажей. Подсчёты вибрации, после которых открывались его двери. Подсчёты шагов, которые мне необходимо пройти до моей квартиры – три шага из лифта, поворот налево, восемь шагов по прямой, два шага направо. И передо мной возникал вход в мою квартиру – гладкая металлическая дверь, вытянутая, слегла изогнутая ручка в круглыми углублениями сверху и выемками для пальцев снизу, замочная скважина в металлической накладке под ней и вмятиной в левом верхнем углу. Осталось лишь открыть её и войти в свою обитель. Для этого даже быстро и проворно запустила руку в правый карман, но в ужасе поняла, что ключей в нём нет. Небольшая паника охватила разум на секунду, но уступила осознанию. Я переложила их в левый и успела за несколько минут забыть об этом. Хорошо, что не потеряла.
Отворив дверь и войдя в квартиру, я собрала трость и положила её на обувницу. Дома я ориентировалась без неё, потому что знала в нём каждый миллиметр. Хотя иногда моя ориентация в пространстве подводила. Например, в этот раз, когда я сняла с себя куртку и попыталась повесить её на крючок по правую от меня руку. Его я нащупала не сразу. Взяла чуть ниже обычного и глупо надела петлю на пустоту, которая не справилась с тяжестью уличной одежды. Пуховик упал на пол с лёгким шуршанием. Вторая попытка оказалась куда удачнее – в этот раз куртка осталась висеть на предназначенном ей месте.
Скинув ботинки, я прошла в ванную. Ровно четыре шага и поворот налево. Дверь оказалась не заперта. Странно. Обычно, я всегда закрываю все двери в доме. Может быть, из-за пережитого стресса я стала изменять своим привычкам, которые необходимы в моем положении? Сперва не закрыла дверь, а дальше забуду выключить утюг. Нужно брать себя в руки!
Беспрепятственно войдя в ванную комнату, я направилась к раковине. Ровно пять шагов прямо, нисколько не отклоняясь от курса. Протянув вперёд руки, я коснулась холодного кафеля там, где должна быть керамическая чаша умывальника. Очень сильно удивилась и застыла на месте, потому что не знала, как реагировать. Там, где обычно располагался кран, оказалась голая плитка.
Я судорожно ощупала стену и нашла смеситель. Он был примерно на шаг правее. Странно. Мне всегда казалось, что раковина располагалась напротив входа. Или я изначально сдала левее, когда вошла в ванную? Последнее время я было очень рассеянной, поэтому ничего удивительного, если я ошиблась. В любом случае, маленькая ошибка не привела к неприятностям.
Я наспех вымыла руки и направилась на кухню. Пять шагов к выходу из ванной комнаты, поворот налево, восемь шагов до арки и еще три до стола. Чтобы не отклониться от курса, я касалось рукой стены. Так было проще ориентироваться в замкнутом пространстве. Гладкий корпус розетки дал понять, что я подошла к столу.
Подойдя к столу, я протянула руку и опустила её чуть ниже груди – ровно на уровень, где располагалась округлая ручка электрочайника. Но пальцы столкнулись с пустотой. Я вновь замерла, а затем в недоумении провела ладонями по шероховатой столешнице. Ничего. На ней было абсолютное ничего. Не могла же я переставить его и забыть об этом? Или могла? Если могла, то куда? На кухонный гарнитур?
Поворот налево и два шага вперёд. Колено настигло мебельную ручку. Она была достаточно твёрдой и острой, чтобы рассечь кожу. Я рефлекторно прижала пальцы к ране. Зашипела от боли и жжения. Опять ложные воспоминания сыграли со мной злую шутку. Два шага вместо трех. Никогда бы не подумала, что кухня у меня настолько маленькая. Раньше не замечала, а теперь то ли чувства обострились после потери друга, который был моими глазами, то ли стала слишком забывчивая, то ли вовсе забила свою голову ложными непонятно откуда взявшимися воспоминания. Однако квартиру мне придётся изучать вновь.
Подняться я решила ухватившись за столешницу гарнитура. Очередной промах. Она оказалась намного ниже, чем я помнила. Примерно пять пальцев ниже. Не существенно, но в такие моменты понимаешь, какова была зависимость от чужой помощи. Понимаешь, как хорошо было, когда рядом живая душа.
Подняушись, я решила не искать злополучный чайник. Где бы он ни находился, мне уже было всё равно. После всех этих неурядиц, начавшихся еще с ведра в подъезде, хотелось есть. Ужасно сильно хотелось. Поэтому я добрела до холодильника, определяя дорогу по краю столешниц кухонного гарнитура. Стоило ему закончиться, как под рукой проступил холодный гладкий бок. Я встала напротив холодильника, привычно потянулась к ручке... Но не нашла её. Точнее, не нашла сразу. Она была не слева, а справа. Справа!
Я испугано отшатнулась. Такого просто не могло быть! Я могла неправильно воспринимать высоту гарнитура, расположение раковины, не попасть петлёй куртики на крючок. Но забыть, что холодильник открывался в другу сторону!
Нет, это не моя квартира. Я ошиблась. Зашла не в ту дверь. Не доехала до своего этажа и вышла раньше. Но это точно не моя квартира. Даже несмотря на то, что ключи подошли. Просто соседи могли заказать дверь у того же производителя, что и я, еще и с идентичным замком. Шанс маленький, но не равный нулю.
Только меня это не успокоило. Наоборот, я лишь сильнее успугалась. Если у меня получилось попасть в чужую квартиру, то где гарантии, что они не попадут в мою. И вообще, что если они вернуться внезапно и застанут меня в их собственности. Не думаю, что станут церемониться. Вызовут полицию. И что мне делать?
Нужно выбираться. Как можно быстрее. Поскорее выбраться и попасть домой. И забыть обо всем, что произошло.
Я встала на четвереньки и поползла к выходу, ища дорогу вытянутыми перед собой руками. Медленно, но верно прощупала путь. Оказалась в прихожей. Поднялась на ноги. Коснулась рукой стены. И пошла вдоль комнаты, желая отыскать входную дверь. Обошла по кругу. Межкомнатные двери с гладкими стёклами, шкаф, обувница высотой до поясницы, картины с крутыми выпуклыми мазками и шероховатые обои. Все как у меня. Только нет входной двери. Но она была! Иначе
