Семён опускает глаза. С поникшим видом садится на пуфик. Урывками пускает виноватый взгляд на Кристину.
КРИСТИНА (с нарастающей интонацией): Сеня, у меня сейчас сердце выпрыгнет. Да говори уже, что произошло?
СЕМЁН (печально): Я говорил тебе, что собирался с другом покататься на сноубордах.
КРИСТИНА (нервно): На прошлых выходных? Так. Ну?
СЕМЁН (печально): В общем... Мы прибыли на склон, а там трасса неподготовлена. Выбоины, колдобины, колеи. Но не возвращаться же в самом деле. Поехали. А там ещё и дождичек прошёл в ночь небольшой. Дорога коркой взялась, сноуборд вообще не слушается. Управляемость нулевая, борт не цепляется.
КРИСТИНА (максимально переживая, готовясь к трагическим новостям): Аааааа...
СЕМЁН (печально): А скорость – сама понимаешь.
Кристина упаднически опускает голову вниз, чуть не плачет.
СЕМЁН (печально): Я упал.
Кристина падает в отчаянии на колени, тихо плачет, но сильно всхлипывает.
СЕМЁН (печально): Поцарапал нос и прикусил язык.
Кристина замирает в беззвучном исступлении.
СЕМЁН (понимая что надо что-то наплести посерьёзней, врёт на ходу, неуверенно): Ещё вывихнул плечо, коленный сустав и этот... нерв повредил там... (показывает на спину) где-то в спине. Я в этом не разбираюсь. Но двигаться почти не мог.
Кристина заливается слезами.
СЕМЁН (бодро, понимая, что выкрутился. Встаёт, проходит деловым шагом по комнате рассказывает) Меня на скорой в отделение. Я там не всё помню, сознание терял. Нерв ведь. Это штука такая. Тут передавил, там отключилось. В итоге я только вчера вышел из больницы. А телефон у меня на трассе выпал, как оказалось, при падении. Но его благо работники горнолыжного клуба нашли, и передали администратору. Сегодня забрал и вот сейчас только к тебе приехал.
Семён довольно выдыхает, осторожно глядя на Кристину, которая убивается в слезах сидя на коленях.
КРИСТИНА (выдохнувшись от истерики, тихо, с воплем): Я чувствовала, знала, что что-то произошло. Слава Богу, ты жив.
Кристина встаёт с колен, бросается обнимать Семёна
КРИСТИНА (нежно, заботливо): Сенечка, как ты себя чувствуешь? Как ты сейчас? Больно очень?
СЕМЁН (наиграно страдальчески): Ничего... Но... мне сейчас прописано амбулаторное лечение и полный покой. Я не знаю, когда смогу прийти к тебе в следующий раз. Сама понимаешь, буду всё время под надзором жены и врачей. Новый год встречу на домашней койке с таблетками и процедурами.
КРИСТИНА (нежно, заботливо): Да, да, конечно, я всё понимаю. Главное, чтобы ты был здоров. А я буду ждать столько сколько потребуется, за это не переживай, я дождусь, тебя, милый.
Кристина и Семён обнимаются.
Лицо Семёна выражает сомнение и некоторое переживание.
КРИСТИНА (нежно, заботливо): Тебе тяжело, но ты вырвался ко мне. Такой хороший, такой заботливый. А я, дура уже тут надумала всего. Думала, ты меня бросил.
Кристина тихонько хихикает сквозь слёзы, глядя на Семёна.
Семён подстраивается под ситуацию и смеётся в ответ совершенно неправдоподобно и неестественно.
КРИСТИНА (нежно, заботливо, обнимая Семёна): Значит, мы теперь долго не увидимся.
СЕМЁН (наиграно страдальчески): Даааа...
КРИСТИНА (нежно, заботливо, обнимая Семёна): Сень? А может... Перед долгой предстоящей разлукой, сможем что-нибудь? М?
СЕМЁН (отнекиваясь): Ну, я не знаююююю... Всё-таки я сейчас в такой форме, и потом...
КРИСТИНА (нежно, настаивая): Я всё сама сделаю, милый. Ну?
Начинает целовать Семёна.
КРИСТИНА (нежно, настаивая): М?
Целует.
КРИСТИНА (нежно, настаивая): Попробуем?
Целует.
КРИСТИНА (нежно, настаивая): Уже пробуем...
Целует.
КРИСТИНА (нежно, настаивая): И, по-моему, у нас уже что-то получается...
Целует.
ЗТМ.
СЦЕНА 7 У ПОДЪЕЗДА
Ночь.
Полумрак.
Тихо хихикая в обнимку вальяжной походкой из подъезда выходят Семён и Кристина. Они в прекрасном настроении. Что-то шутят, смеются навзрыд, но тихонько, чтобы не разбудить соседей.
КРИСТИНА (нежно, скромно, чуть стесняясь): Любовь моя, это был незабываемый вечер! Ты был на высоте! До сих пор ещё ноги трясутся...
Из тишины и темноты раздаётся громкий, страшный пугающий крик Лёни, так чтобы зритель подпрыгнул, желательно.
ЛЁНЯ (оглушающе, максимально громко): ААААААААААААА!
Семён и Кристина вздрагивают, присаживаются от страха и оборачиваются на крик.
Громкий пугающий крик повторяется.
ЛЁНЯ (оглушающе, максимально громко): ААААААААААААА!
Семён и Кристина вздрагивают в очередной раз, прижимаются друг к другу, костенеют в исступлении на почве зверского страха.
На сцену с другой стороны выходит Лёня.
Лёня прогибает спину, набирает побольше воздуха в грудь и вновь кричит, но по нему уже теперь становится понятно, что этот пугающий до жутиков крик, не более чем очередная попытка чихнуть.
ЛЁНЯ (пытаясь чихнуть): ААА... Аааа..АА... ать... (сдерживает себя, зажимает нос рукой, издав глухой звук). Фуф... вроде отпустило.
СЕМЁН (трясущимся заикающимся голосом): Твввввооою дивввввввиззззию, это ты так чихаешь?
ЛЁНЯ (восстанавливая дыхание после чиха): Ой, да... Потерявшийся чих! Знаете такой термин? Ну, вот это оно.
[justify][i]Тут Лёня неожиданно для всех резко чихает так, чтобы зритель подпрыгнул в очередной раз на последнем