Несколько лет назад я приехал в Рязань (скажу сразу, название города изменено) – в гости к родственникам. Однажды вечером заняться было особо нечем, и я решил пройтись до одного из местных шахматных клубов, благо давно этим делом увлекался и имел хороший первый разряд. Признаться, мысли были не самые чистоплотные: наказать нескольких типов, которые наверняка будут пытаться «обуть» новичка. Так сказать, установить справедливость и одновременно заработать на бутылку-другую пива.
В клубе вовсю резались в блиц. Для тех, кто не знает, поясню: «блиц» - это когда каждому сопернику на партию дается пять минут, и не более того. Закончилось время, упал флажок на часах – все, вылезай, проиграл. Я уже начал было выискивать себе потенциальную жертву, когда мое внимание привлек один человек. Моложавый, хорошо и дорого одетый, довольно-таки привлекательный внешне, он почему-то сидел в темных очках (это не при слишком ярком освещении!) и вдобавок как-то странно, дергано переставлял фигуры. А если приглядеться, становилось понятно, что в центре каждой клеточки шахматной доски находилось специальное отверстие для штырьков, приделанных под фигуры.
Не сразу до меня дошла невероятность происходящего. Слепой шахматист – само по себе в этом нет ничего удивительного: каждый более-менее сносно играющий человек способен провести партию, не глядя на доску, иногда даже несколько одновременно. Но слепой шахматист, играющий БЛИЦ (!) – это казалось абсурдом. Как тут можно успеть хотя бы по времени? Помню, первой моей мыслью тогда было: «Господи, он хоть когда-нибудь побеждает?»
…Так вышло, что спустя год я переехал в Рязань насовсем. И близко сошелся с Сергеем. Помню, как первый раз пришел к нему в гости. Огромный, чистый подъезд, охранник в холле, ласково окликнувший собаку-поводыря, красный ворсистый ковер на лестничной площадке…
Дверь нам открыла худенькая светленькая женщина в джинсах и джемпере – невзрачная настолько, что я сперва затруднился даже определить ее возраст. С полным основанием ее можно было бы назвать совершенно некрасивой – если бы не глаза. Огромные, непонятного пестрого цвета, немного влажные и как-то по-особому блестящие... Женщина с таким обожанием смотрела на Сергея, что я на мгновение почувствовал себя лишним.
Мой спутник сделал приглашающий жест рукой:
- Добро пожаловать в мою халупу. Кстати, знакомься: Юлия – домработница, медсестра, ну и жена по совместительству.
Странное чувство юмора я за Сергеем заметил давно.
По каким-то непонятным признакам сразу было понятно, что в квартире живет слепой. До сих пор не знаю, в чем тут дело: в слишком аккуратно и компактно расставленной мебели, в немного приглушенном везде свете…
Юлия тихо, как мышка, проскользнула на кухню и спустя пару минут принесла нам кофе, коньяк, ГОРЯЧИЕ закуски. Все было отлично, образцово, аккуратно сервировано, и я понял, что Сергея она ждала каждую минуту, время от времени подогревая остывавшие блюда. Юлия присела на краешек кресла рядом с мужем и потянулась за графином.
- Не надо, - мягко сказал он, отводя ее руку (и откуда только такое чувство пространства?), - за прекрасными женщинами должны ухаживать мужчины.
Ловко подхватил графин, безошибочно разлил коньяк и поднял свою рюмку:
- Ну, за приятный во всех отношениях вечер. Или уже ночь, я не вижу?
Странный все же у человека юмор.
Сергею было двадцать пять лет, когда он попал в автокатастрофу. Сильное сотрясение мозга, полная потеря зрения. Так молодой преуспевающий человек, удачливый бизнесмен в одночасье превратился в никому не нужного калеку.
- Бизнес я, конечно, не потерял, - рассказывал он, затягиваясь время от времени сигарой и глядя на стену куда-то мимо меня, – благодаря партнеру. Он, кстати, еще мой одноклассник и лучший друг. Зато потерял жену – ушла буквально через месяц, как я выписался из больницы. Интерес к жизни тоже потерял.
Нет, веришь, на полном серьезе пошел бы на суицид, если бы не боялся. Смешно… Что может быть для человека страшнее слепоты? Первые недели вспоминаю с ужасом. Кто-то приходил, кто-то уходил – не имел ни малейшего понятия, кто. Кормили с ложечки – ел, когда было нужно, вставал и ощупью, пардон, добирался до туалета. В остальное время просто лежал на постели и изо всех сил старался ни о чем не думать. Глупо… Как говорится, попробуй 15 секунд не думать о белой обезьяне…
Однажды очень сильно поссорился с Костей, партнером. Он пытался убедить меня, что это еще не конец жизни, что я все так же могу заниматься делами фирмы – и хотя бы так себя реализовать. В тот раз не выдержал моего молчания, встал, наорал на меня и ушел, хлопнув дверью.
Четыре дня я был совершенно один. Представляешь, даже поесть приготовить себе не мог. Хотя, в общем-то, особо и не хотелось. А стакан воды из-под крана, чтоб от жажды не сдохнуть, добыть было совсем не сложно.
На пятые сутки в двери повернулся ключ и спустя несколько секунд в руку ткнулось что-то прохладной, влажное и шершавое. Собачий нос. Голос друга: «Это - твой поводырь, зовут Рэнди. Будешь с ним гулять, собака без улицы не может. Не станешь, приду и заставлю. Это, - какая-то непонятная пауза, - твоя домработница и медсестра в одном лице. Зовут Юля. С ней гулять необязательно». Дверь снова хлопнула. Костя ушел.
Сергей замолчал и чему-то тихонько улыбнулся – видимо, собственным мыслям. Мы с ним к этому моменту уже перебрались в библиотеку (чтобы не возникло лишних вопросов, скажу сразу: библиотека более чем наполовину состояла из книг со специальным шрифтом для слепых), вовсю пьянствовали и курили сигары. Юля давно ушла спать, только пес Рэнди лежал на коврике возле электрокамина, пристально разглядывал меня и, такое ощущение, иногда натурально подмигивал. Впрочем, скорее, здесь коньяк виноват.
- Ну и что же дальше-то было? – нетерпеливо поерзал я на кресле.
Сергей усмехнулся:
- А вот это уже личное. Так сказать, между мужчиной и женщиной. Скажу только одно: я влюбился. Юлька вернула меня к жизни. Она читала мне книги, научила работать на компьютере (сам-то раньше это ненужным считал – для чего тогда целый штат специалистов?), предложила попробовать шахматы в качестве развлечения. Убирала, стирала, готовила… и ничуть не удивилась, когда я предложил ей выйти замуж.
- Согласилась? – догадливо сообразил я.
Сергей против ожиданий не засмеялся:
- Если бы! Отказалась наотрез. Но меня не бросила. Поженились мы только спустя полтора года, и вечная ей за это благодарность. Понимаешь, предложив Юле замужество, я сперва просто хотел привязать ее к себе, так как боялся потерять сиделку, к которой привык. А она не желала выходить замуж из одной только жалости, и оказалась права. Через какое-то время пришла настоящая любовь. Действительно настоящая.
- Знаешь, - задумчиво продолжил Сергей после небольшой паузы, - я все время думаю об одной вещи. Мне ведь чудовищно повезло. Налаженный бизнес, верный друг, любящая жена. А представь слепых людей, у которых нет всего этого, которые вынуждены жить на пенсию, голодать, побираться, быть обузой для окружающих. Им не по карману эти книги, компьютер, им просто нечем занять себя – кроме, может быть, пьянки, когда удается наскрести деньжат. Да, думаю об этом. И постоянно спрашиваю себя: чем я все это заслужил?
Сергей погиб через год после нашего знакомства. По иронии судьбы, его сбила машина с нетрезвым бизнесменом. Пес Рэнди погиб тоже и там же. Юлия куда-то пропала, не взяв ни копейки из наследства мужа. А я до сих пор спрашиваю себя: чем же слепой шахматист все это заслужил? Наверное, ничем. Наверное, просто повезло, что рядом оказались хорошие люди. Но ведь чтобы иметь такое окружение, нужно и самому быть неординарным человеком. И еще я часто вспоминаю стихотворение, которое Сергей однажды мне процитировал:
«О, девушка с тихой болью,
С застенчивыми глазами,
Стремится корабль по морю
Под алыми парусами.
Всё ближе он к нам и ближе…»
«Нет, господин, не вижу».
«Тогда посмотри на скалы,
Веками их ветер гладит.
Безудержный и усталый.
И сердце твоё растает,
Красавица неживая…»
«Я, господин, слепая».
Сергей прав: трудно даже представить, какого же приходится этим людям. Во всяком случае, представить нам, зрячим и незрячим одновременно.
