Далее, про ИИ. Британский филиал одного из крупнейших мировых издательств Hachette снял с продажи роман-хоррор “Застенчивая девочка” (автор Миа Баллард), ибо detectionsoftware выявил, что это на 78 % ИИ-сочинение.
Да я сама заметила, что даже бесплатные версии подобных программ очень даже неплохо справляются с любой задачей, связанной со словом. Писателям приготовиться к катапультированию? Я спокойна, как удав. Не потому, что идиотка. Только идиот может биться об заклад, что победит ум искусственный. Он у него гибкий, острый, готовый на любой кипиш. Конечно, гениальность сего интеллекта в искусстве копирования несомненна. Так и мы невольно копируем всё, что создано столетиями. Пока наш ум выдаст синтез всего этого накопленного, приправив чуть-чуть отсебятиной, ИИ уже сто версий того же, что мы намеревались создать, выдаст за секунды.
Спокойна потому, что я от этого ничего не теряю. Я текстами не зарабатываю себе на жизнь, наоборот, чем больше книг решаюсь издать, тем меньше мне на жизнь остаётся. Это не моя работа, даже не хобби. Хобби у меня настолько экзотическое, что никто ни за что никогда не догадается, о чём именно речь. Ну, есть ряд других тайных увлечений, о которых широкой публике знать необязательно. И это всё никак не пересекается с писательской деятельностью. Если совсем иссякнут идеи, не о чём будет писать, может, когда-нибудь решусь и на это – вытащу на свет божий такие скелеты, что мир содрогнётся.
Думаете, почему избегаю всяких там ясновидящих, если таковые есть? Вычислят же то, что на лбу написано, и мне хана... Речь идёт не о какой-то подпольной подрывной, преступной деятельности, не о связях с Моссад или Ми-6, моджахедами, монархистами, анархистами (кто там ещё по списку?). Не подрабатываю я в полу нелегальном борделе, не киллер, не поедательница трупов. Детей не ворую, правду не генерирую. Мне хватило того, что в четырёх последних книгах с большим риском препарировала само время в поисках корня Зла. Оказалось, оно размазано по всем годам и столетиям, нет у него ни начала, ни конца, что потом плюнула на это дело. Попутно заразилась злом, что ещё чуть-чуть и сама стану настоящим его генератором. Кем я только не казалась за всю мою никчемную жизнь? Что тогда остаётся? Вот и не скажу. Покамест... Когда ИИ дорастёт до уровня, когда он будет вычислять в пять сек человека – что за хрень перед ним, что у него на уме и всё такое, тогда будем считать, что он окончательно победил.
Одно дело – копировать, а он ещё импровизировать должен. Кстати, генератором лжи мне ещё не довелось быть. После изящного прогиба могу хребет ломать, чтоб так прогнуться, что буду ложь штамповать с космической скоростью. Писателю можно и нужно лгать. С каждым днём у многих растёт уверенность, что мы все оказались в искусственной реальности, симуляции. Автор тоже искусственный или всё же плоть имеет, пока неизвестно.
Мэтра мировой литературы не пугает перспектива конкуренции с ИИ. Он говорит, если ИИ научится сочинять складные жанровые тексты, это всего лишь будет значить, что живой писатель повысит уровень своих творческих задач. Он будет писать каждый раз по-новому, как никто и никогда не писал, без имитаций. Полагает, что при этом художественной литературы станет меньше, но она будет лучше. Предлагает сочинять развлекательную литературу при помощи ИИ. Авторская штучная литература останется для серьёзной литературы, для литературного новаторства. Чтоб никого не копировать, надо перестать читать других. Мэтр признаётся, что в новом тысячелетии он не прочёл ни одной художественной книги, только по работе. Я чувствовала себя преступницей, предпочитая Netflixвсем книгам мира. В этом тысячелетии достаточно начиталась, впрок, на всю оставшуюся жизнь. Но иногда, натыкаясь на некоторых блогеров, которые покупают книги даже за океаном, потом везут домой, чтобы читать и вспоминать при этом о своём недавнем путешествии, хочется овладеть книгами любимых авторов. Потому заказала одну книгу Харуки Мураками, которую почему-то пропустила и томик Цветаевой. Если в Бруклине полно книжных магазинов, боюсь, в Лаосе вряд ли найду то, что мне надо.
И ещё думаю, что я не настолько узнаваема, придерживаюсь одного стиля (есть ли он вообще?), ибо приходилось и приходится подстраиваться под других, писать не от первого лица. Потому меня копировать весьма проблематично – сама кого хочешь скопирую, если очень надо. Или прямо сейчас проверить – допишет ли ИИ за меня сию главу, а то мне срочно надо переключиться на другое моё «я»?
Но это долго и дорого. Бесплатная нейросеть вряд ли справится с задачей. Да и такая конкуренция российским писателям не грозит. Не из-за того, что они все гениальные, оригинальные. Просто в России готовятся заблокировать ChatGPT, Claude, Gemini и другие нейросети. Документ вступит в силу с 1 сентября 2027 года. Нас не догонит никакой ИИ! И будем опять впереди планеты всей.
Что касается правды и лжи, то за меня скажет Лао-Цзы: «Тот, кто знает и делает вид незнающего, тот на высоте, Кто без знаний делает вид знающего, тот больной».
На фоне всеобщего пессимизма, я вдруг из вечного пессимиста превращаюсь в осторожного оптимиста. «Для меня величайшая радость писательства не в нём, как таковом, а во внутренней музыке, которую рождают слова» (Трумен Капоте). Внутренняя музыка пусть заглушит все лишние шумы, стон из недр многострадальной Земли. Ну, если всё, что во мне, не совсем музыка, то этот внутренний телевизор всё же лучше и интереснее телевизора, что навсегда умолк в моей спальне. Правда, ныне человек без телевизора выглядит весьма подозрительно, а человек из телевизора, то и вовсе монстр. Может, хорошо, что о том, как и я когда-то обитала в телевизоре благополучно «забыли» бывшие коллеги и последователи. Минус один позор из моей биографии. Но вчера вдруг подумала про себя – вдруг меня нет, умерла, испарилась или превратилась в невидимку. Ущипнула себя – вроде что-то чувствую. Не дождётесь, как говорится. Обидно было бы, если бы трудилась там в поте лица от звонка до звонка. Так я нигде не выкладывалась по полной. Общественный труд или как там называется никогда не был в приоритете. Обычно отдыхала на работе или писала что-то своё. О том, что у меня такой потенциал, запас прочности и жизненной энергии, узнала, только выйдя на незаслуженную пенсию. Досрочно, между прочим. В идеале вышла бы в лет тридцать. К слову, моя «карьера» началась из-под палки, чтобы статью за тунеядство не влепили. Вышла замуж, чтобы в суд не подали за уклонение от работы по распределению. Начала писать стихи от тоски по дому, чтобы выжить на чужбине. Работа, будь она неладна, корень слова – «раб». Успела выйти на пенсию до увеличения пенсионного возраста. Успела! Осталось успеть умереть до полной жопы (в геополитическом смысле). Шучу. Всего-то хотела сказать, что меня скопировать проблематично, ибо сама не в курсе, что выложу в следующий момент. Подделать подпись мою – раз плюнуть. Она каждый раз разная. Почему-то самой подделать свою же подпись не получается. Любую другую – пожалуйста. Шучу или не шучу, решать вам…
На фоне всеобщего пессимизма, я вдруг из вечного пессимиста превращаюсь в осторожного оптимиста.
