Старший следователь КНБ (Комитет Национальной Безопасности Республики Казахстан) по Алматинской области, Евгений Александрович Ефимов дописал докладную, поставил дату и расписался. Ещё раз прочитал написанное, положил докладную на край стола и задумался.
*****
Восемь лет назад, тогда ещё майора Ефимова, руководителя группы наружного наблюдения, вызвал к себе заместитель начальника управления КНБ Алматинской области и сообщил, что завтра рейсом из Нью-Йорка прилетает кадровый офицер военной разведки США, Генри Кулен. В связи с этим, необходимо установить наружное наблюдение за прибывающим гостем из Америки. Официальная версия визита – частная туристская поездка. Однако руководство КНБ Казахстана считает, что приезд Генри Кулена не носит характер частной поездки, а является частью разведывательной программы США в районе города Алматы. Группе Евгения Ефимова поручается выяснить истинную цель и задачи офицера военной разведки США.
Евгений срочно собрал офицеров группы наружного наблюдения. На коротком совещании довёл до своих подчинённых распоряжение начальства. Быстро распределили обязанности: кто и за что отвечает. Евгений обязал сотрудников регулярно, каждые три часа докладывать о передвижении и о контактах наблюдаемого объекта лично ему. После того, как подчинённые разошлись, он достал папку, переданную ему заместителем начальника управления областного КНБ, и стал изучать документы, находящиеся в ней.
Это было досье на гражданина США, научного сотрудника Колумбийского университета, во всяком случае так официально называлась должность Генри Кулена. В папке находилась краткая биография Генри Кулена, а также несколько фотографий. Сведения были скудными, но Евгений постарался извлечь из них максимум полезной информации. В биографии Генри Кулена указывалось, что в молодости он профессионально занимался альпинизмом. Много путешествовал, был в Гренландии, Китае, Пакистане, Антарктиде и других местах земного шара.
Ефимова особенно заинтересовал период жизни Генри Кулена в Пакистане. В описании отмечалось, что он более двух лет работал инструктором в диверсионном центре, который находился в городе Читрал, на севере Пакистана. Время работы в диверсионном центре приходилось на 1981-83 годы, как раз в тот момент, когда ограниченный контингент советских войск в Афганистане нёс наибольшие потери. Летом 1983 года Генри Кулен перебирается в США, и устраивается на работу в Колумбийский университет, где, на основании приложенных документов, работает до сих пор. Никаких официальных документов о том, что Генри Кулен является офицером вооружённых сил США, не имелось. К документам прилагалась записка от КНБ Казахстана, что по имеющимся у них сведениям, Генри Кулен является полковником военной разведки и что он работает в одной из секретных лабораторий Колумбийского университета.
«Интересно, что же ему понадобилось в наших краях?», – подумал Евгений, но вразумительного ответа никак не находил. «Если его интересуют горы, как бывшего альпиниста, то в мире есть много других гор, которые интереснее наших. Здесь явно, что-то не то. Не просто частный визит с целью побродить по нашим горам, а что-то более важное, что заставило проделать такой далёкий путь из Америки в Казахстан».
[justify] Утром следующего дня, пришло первое сообщение наружного наблюдения: сотрудник сообщал, что объект прибыл, прошёл паспортный контроль и таможенный досмотр. Агент также сообщил, что гражданин США Генри Кулен прекрасно говорит по-русски. Во время таможенного досмотра, таможенник что-то спросил у Кулена, а тот ему ответил на русском языке, без всякого акцента. Да, и таксисту он объяснял, куда ему надо ехать на чистом русском языке.
В досье Генри Кулена не говорилось о том, что он знает русский язык. Это озадачило Евгения. Он ещё раз внимательно просмотрел биографию Генри Кулена, и пришёл к выводу, что если Генри Кулен изучал русский язык, то это могло быть только во время работы в диверсионном центре. Ни для кого не являлось секретом, что в таких диверсионных центрах работали советские военнопленные, с которыми он имел тесный контакт, и мог выучить русский язык. С другой стороны, отсутствие языковой практики на протяжении более двадцати лет, вряд ли позволили бы сохранить отличные знания русского языка. Евгений сделал соответствующую пометку в досье.
Другой сотрудник из наружного наблюдения доложил, что объект устроился в высотной гостинице. После заселения в гостиницу, часа два гулял по улицам города. Пообедал в пельменной и ещё засветло вернулся в свой гостиничный номер. Вероятней всего, лёг спать, поскольку снаружи повесил табличку «Не беспокоить». Никуда не звонил, ни с кем не встречался.
«Ладно, подождём до завтра, - про себя подумал Евгений, - может, устал с дороги, вот и лёг отдохнуть. Пусть отдыхает, и мы отдохнём». Он закрыл папку, и убрал её в сейф.
Начало следующего дня было сумбурным. Евгений не успевал принимать доклады своих агентов. Самым интересным сообщением было то, что Генри Кулен заказал десятидневный отдых в туристском комплексе «Карабастау» на озере Иссык. Причём, вёл разговоры с туроператором на чистейшем русском языке! На прямой вопрос сотрудницы туристского агентства: «Где вы научились так хорошо говорить на русском языке?», ответил без капли смущения: «Я родился в этом городе, и прожил большую часть жизни здесь, а что стал господином Генри Куленом, так это не моя вина. Обстоятельства в нашей жизни иногда складываются совсем не так, как тебе этого хотелось бы». Такой ответ Генри Кулена оператору турагентства, перечёркивал бо́льшую часть его биографии.
Получалось, что Генри Кулен совсем не тот человек, за которого себя выдаёт. Вся его биография липовая. Во всяком случае та часть, которая повествует о его периоде жизни от рождения и до работы в диверсионном центре в Пакистане. «Следовательно, - решал головоломку Евгений, - Генри Кулен может являться военнослужащим, участвовавшим в Афганской компании СССР и попавшим в плен, или пропавшим без вести. Однако возраст не позволяет считать его солдатом срочной службы, а также, офицером младшего состава. К началу Афганской войны ему было больше сорока лет. К этому возрасту кадровые офицеры уже имеют звание не ниже майора, а то и полковниками становятся. Вот я, например, майора получил в 31 год. Другой вариант – прапорщик. Вполне может служить на контрактной основе в таком возрасте. Надо срочно связаться с военным комиссариатом и выяснить, кто призывался для службы в Афганистане в период 1979-81 года из Алма-Аты. Естественно, в качестве прапорщика или старшего офицера. Думаю, что это вопрос решаемый».
Евгений тут же вызвал своего помощника, лейтенанта Аскара Касенова и выдал ему оперативное задание: срочно связаться с военным комиссариатом города и выяснить, кто из старших офицеров или прапорщиков, призванных для службы в Афганистане из Алма-Аты, пропал без вести или попал в плен в период 1979-81 года.
После обеда очередной оперативник доложил, что подопечный посетил урочище Медео, прогулялся и сейчас отдыхает в своём номере. Но через полчаса тот же оперативник доложил, что объект вышел из номера и прогуливается по улицам города. По телефону не разговаривал, ни с кем не контактировал. С наступлением вечерних сумерек, объект вернулся в гостиничный номер.
Рабочий день уже давно закончился, а Евгений всё ещё находился в своём кабинете. Он изучал список военнослужащих, призванных из Алма-Аты для выполнения интернационального долга в Афганистане, принесённый ему Аскаром Касеновым из военного комиссариата. Прежде всего, его интересовали военнослужащие соответствующего возраста, не вернувшиеся из Афганистана. За интересующий Евгения период времени, таких военнослужащих было двое: прапорщик Нежин Фёдор Михайлович и майор Мусин Серик Нурбекович. Фотографии прилагались.
Ефимов изучил фотографии двух военнослужащих советской армии и, вздохнув с сожалением, положил их в ящик стола. Ни один из них даже отдалённо, не мог напоминать нынешнего Генри Кулена. Мусин, из-за чисто азиатской внешности, а Нежин, даже на фотографии, где он был запечатлён со своими боевыми товарищами, выделялся огромным ростом и комплекцией. Генри Кулен, был явно на целую голову ниже Нежина.
«Кто же вы, Генри Кулен? И что вы забыли в наших краях? Для чего вам понадобился отдых на озере Иссык? – мучился вопросами Евгений Ефимов, - я тоже там часто бывал в молодости, облазил все окрестности озера и ничего там нет, чтобы заинтересовало офицера военной разведки», - размышлял он.
В студенческие годы Евгений увлёкся горным туризмом. Совершил несколько походов различной категории сложности по Северному Тянь-Шаню, выполнил норматив кандидата в мастера спорта. Окончил школу инструкторов горного туризма и с успехом подрабатывал на каникулах в летний период на различных турбазах республики. Довелось пару сезонов поработать и в туристском комплексе «Карабастау».
«Стоп! – поймал себя на мысли Евгений, - а что, если мне тоже поехать на озеро Иссык и пристроится инструктором к гражданину США? Он будет всё время под контролем, а я смогу выяснить – кто он и зачем появился здесь. Всё! Решено! Завтра с утра согласую этот вопрос со своим начальством. Когда он собрался выезжать на озеро Иссык? - Евгений заглянул в свои записи, - ага, вот, в 15-00 за ним приедет машина в гостиницу. Да, но мне надо быть там раньше него. Приготовиться, оглядеться, создать видимость, что я тут не первый день работаю. Ну, и обговорить с руководством туристского комплекса различные детали, касающиеся пребывания на территории комплекса иностранного гражданина. Мне же надо ещё собрать все мои походные вещи, которые разбросаны по друзьям. Придётся дать задание Аскару, чтобы он притормозил отъезд Генри Кулена на озеро Иссык, хотя бы на одну ночь. Завтра, после обеда, у меня всё будет готово. Так я и сделаю, - твёрдо решил он».
Часы показывали 10 часов вечера, когда Евгений поднялся из-за стола и решил отправиться домой, отдыхать. Завтра предстоял суматошный день, надо было выспаться, а
