Оксана осторожно, отведя в сторону, немного прыскает этих подаренных духов себе на запястье, смотрит с интересом на Данила, который тоже весь в напряжении и ожидании исхода. И вот Оксана нюхает своё запястье (то, на которое прыснула духами, естественно).
Лицо Оксаны выражает наигранный восторг. Она нюхает ещё раз, и ещё...
Данил уже улыбается, он понимает, что сейчас его как поцелуют, как поцелуют...
Но не тут-то было. Оксана наигранно восхищённо подходит поближе к Данилу, сексуально облизывает губы и в момент «Х» вместо поцелуя, когда уже Данил льнёт к ней, Оксана резко выставляет этот флакончик с духами перед собой и начинает активно опрыскивать Данила, который, (паразит такой), и на это раз умудряется в последний момент увернуться. Но зато добрая порция духов покрывает с ног до головы Клавдию, которая в аккурат в этот момент проходит рядом, впритирочку с нашей парочкой.
Клавдия от такого духа благоухания приходит резко в себя. Она одёргивается и резко оборачивается к Оксане, которая совершенно опешив, стоит и смотрит на Клавдию.
Данил успев отскочить, пакостливо хихикает в сторонке.
Оксана (неловко). Чёрт!
Клавдия (нервно). Чёрт!
Оксана (неловко, опуская флакончик с духам, с чуть другой интонацией). Чёрт!
Клавдия (в процессе осмысления, с более протяжной осмысливающей интонацией). Чёёёрт!
Оксана (неловко, виновато искривляясь в лице, с третьей интонацией, чешет затылок). Чёрт!
Клавдия (уже полностью осознав, что байки мужа могли быть и не байками, и она оглашает уже с понимающей затяжной интонацией, оборачиваясь к зрителям). Чёёёёёёёёёрт!
До Клавдии доходит, что всё оказывается в её жизни не то что бы не так уж плохо, а оказывается даже – хорошо! Муж ей не врал! Его байки реально имеют место быть в жизни.
Оксана (оправдываясь, обращаясь к Клавдии). Извините, пожалуйста, я... это всё из-за этого вот...
Оксана нервно бросает флакончик духов в Данила, который ловит этот флакончик, хитровато улыбаясь и не слишком-то виновато пожимая плечами, глядит на пострадавшую Клавдию.
Оксана вновь оборачивается к Клавдии, Клавдия оборачивается к Оксане.
Оксана (оправдываясь, обращаясь к Клавдии). Понимаете, я не в вас целилась... это всё как-то случайно получилось. Давайте я компенсирую затраты по химчистке, и плюс ещё покрою моральный ущерб. Скажите, сколько, я вам должна, так чтобы не в обиду был данный нелепый эпизод...
Оксана достаёт при этих словах свой кошелёк и даже успевает достать из него какие-то банкноты.
Клавдия (перебивает Оксану спокойным тоном). Спасибо Вам.
Оксана не очень понимает, о чём говорит Клавдия. Она пребывает в некотором замешательстве буквально 4-5 секунд, после чего переспрашивает.
Оксана (с интересом, обращаясь к Клавдии). Простите, что? Мне не послышалось? Спасибо? Спасибо за что?
Клавдия (спокойно, с некоторой лёгкостью и даже неким долгожданным внутренним счастьем). Спасибо вам за то, что сберегли мою семью... Спасибо.
Клавдия трепетно улыбается и уходит обратно, туда, откуда вышла, но идёт уже более радостным, более бодрым шагом.
Клавдия уходит, а Оксана ничего не понимая, совершенно ошарашенная переглядывается с Данилом. Данил сам ничего не понимает, для него загадка, что имела ввиду Клавдия. И о каком спасении семьи идёт речь. Но он всё-таки показывает объясняющий Оксане жест на счёт слов Клавдии (крутит пальцем у виска).
Оксана, ничего не понимая, пожимает плечами, после чего выдыхает, отмахивается и убирает деньги в кошелёк.
Данил (не теряясь, видя, как Оксана убирает деньги). Можешь мне заплатить за моральный ущерб. Я тоже перенервничал...
Оксана демонстративно убирает деньги, потом демонстративно убирает кошелёк на место и выдаёт свою последнюю фразу.
Оксана (с сарказмом и чувством собственного достоинства). Прощай, донжуан. Больше мне, пожалуйста, не звони и не пиши. Всего наилучшего!
Оксана уходит, оставив Данила одного, наедине с флакончиком духов. Он успевает без слов, не издавая звука передразнить мимикой Оксану, которая не видит его кривляний, ибо она уже почти ушла.
Но вот она ушла. И Данил подкидывает на ладони злосчастный флакончик духов.
Данил (зрителю, проводив взглядом Оксану). Да... не каждый раз удачно. И этот тоже... сослуживец. Подкузьмил. Не мог нормальные духи подарить моей жене! Какую-то дешёвку взял... Вот ведь как бывает... Прижимистым оказался коллега по работе, а откликнулось мне! Ну да... не будем терять оптимизма. Найдём кого-нибудь ещё. А духи эти, конечно... только выбросить.
Звучит музыкальная тема.
Данил подходит к мусорке, которая должна быть предусмотрена для данной сцены. Выбрасывает туда духи, потом достаёт свою припрятанную сумку, и покидает сцену, переодеваясь на ходу.
Музыка заканчивается вместе с затемнением.
ЗТМ.
Сцена 10. Дом Василия
Клавдия возвращается домой. Она на эмоциональном подъёме. Буквально забегает в квартиру, осматривается, зовёт мужа.
Клавдия (виновато-зовущим голосом). Вась? Вась, ты где?
Клавдия, оглядывая комнату, убегает в на кухню (за занавес), потом возвращается оттуда, сбавляя обороты в скорости. Её поиски не дают результата. Она понимает, что мужа нет дома. И эмоциональный подъём Клавдии улетучивается.
Звучит печальная, желательно струнная музыкальная композиция. Свет немного приглушается. Клавдия медленно ходит по дому, пускает в разные углы помещения печальные взгляды. То поднимает, то кладёт обратно разные вещи в комнате... так... от нечего делать. Заглядывает в шкаф (это важно, шкаф должен быть предусмотрен, или как-то обыгран). Она расстроена, она в некой прострации от всего этого эмоционального перенапряжения.
Несколько послонявшись по комнатам и посетив ещё разок закулисье, Клавдия выходит на авансцену, прихватив за кулисами плюшевого мишку, которого она обнимает, прижимает к себе.
Клавдия присаживается на авансцене, располагаясь лицом к зрителю, продолжает обнимать плющевого мишку.
Музыка плавно прекращает играть, Клавдия выдаёт свой вдумчивый. проникновенный чувственный монолог.
Клавдия (зрителю... с чувством). Ушёл... Ушёл Василий... И.... кто знает... возможно, ушёл навсегда... В шкафу нет его вещей... Ушёл...
Выдерживает небольшую эмоциональную паузу.
Клавдия (зрителю... с чувством). Что же... вполне закономерно. Кто из нас думает о том, что произносит? Много ли таких? Впрочем..., есть... Есть те, кто старается думать перед тем, как что-то сказать, но так мы ведём себя по большей части в обществе малознакомых людей..., или например, общаясь с коллегами на работе, или со старыми знакомыми, с которыми видимся нечасто. Мы осторожничаем в своих речах с теми, с кем держим дистанцию. А вот с теми, с кем мы близки – смело позволяем себе высказать всё. И не важно, обоснованны ли наши доводы или нет. Мы об этом не думаем. Мы рубим всю правду-матку в лицо... но... ту правду-матку, которую таковой считаем в своём каком-то очень незначительном отрезке времени и восприятия. Мы не заботимся о том, что наша правда может быть необъективна. Что она может расходиться с другой правдой. Мы думаем примерно так: «А... ничего. В крайнем случае, потом извинимся, и нам всё простят. Но сейчас пока мы на эмоциях, надо выплеснуть всё!!! Всё, что только есть «за пазухой»... Для близкого-то человека камней не жалко...».
Только вот нужны ли потом нашим близким людям эти наши извинения... Я понимаю... Я ведь годами капала на мозги своему мужу. Мои нападки на почве вымышленных, как оказалось, измен носили отнюдь не эпизодический характер. Да я и не только по этому поводу его пилила. Я ведь женщина... Я от природы – пила. Ну вот... и допилилась. А теперь всё... извиняться не перед кем. Ушёл...
Выдерживает небольшую эмоциональную паузу, откладывает плюшевого мишку в сторону, бережно усаживая его на сцене недалеко от себя, но не вплотную.
[justify]Клавдия (зрителю... с чувством). Как сложно и как всё просто в жизни! Ну почему – почему мы не можем никак допустить мысль, что если с нами чего-то не случалось, то это совершенно не значит, что это «что-то» не существует? Почему смена парадигмы почти всегда носит для нас такой болезненный характер, проявляемый в последствиях? Ведь не бывает