Я зажигаю свечу. Тьма пожирает её свет. Я ничего не вижу. Делаю шаг – подо мной гранит. Делаю еще один – всё также. Я не дома. Делаю вдох. Вся грудь заполняется живительным воздухом. Чувствую запах огня и плавящегося воска. Пытаюсь выдохнуть – безрезультатно. Еще попытка – вновь провал. Кислород большей частью уже вытеснен углекислым газом. Я начинаю задыхаться. Меня распирает. Понимаю: я не помню, как выдыхать. Расслабляюсь. Воздух выходит сам. Облегчение. Вдыхаю вновь, расслабляюсь – кажется, я научился дышать! Повторяю несколько раз. Утомился – наскучило.
- Иван! – меня кто-то окликает из мрака. Я оборачиваюсь. Ничего не видно. Вспоминаю: я не Иван.
- Пьер! – опять нечто зовет меня, в этот раз с другой стороны. Снова оборачиваюсь. Пустота. Видно, не меня: я не Пьер.
- Лео! – Вновь доносится чей-то голос. Иду на него. Удар – голова стремительно соприкасается с камнем. Ощупываю – передо мной огромный валун. Стараюсь обойти его на ощупь. Спотыкаюсь. Падаю. Поднимаюсь. Убеждаюсь: впереди стена. Идти на зов невозможно. Осеняет: я ведь не Лео! Но тогда кто я?
Голодно. Оборачиваюсь к свече. Пытаюсь заглотить пламя – обжигаю себе всю глотку. «Почему ты так жестока со мной, свеча?». Иду с ней на примирение. Подношу её к губам, желая поцеловать – огонь обжигает мне губы, оставляя на них вкус копоти. Свеча безразлична к моей любви. Аккуратно иду во тьме вперед. Делаю еще шаг. В этот раз под ногой пустота – видимо, я дошел до края скалы. Иду в противоположном направлении, держа впереди себя руку. Вновь стена. Пытаюсь вскарабкаться. Падаю. Мне отсюда не выбраться. Я обречен вечно, или, по крайней мере, всю жизнь блуждать в этой тьме. Ужасаюсь. Пытаюсь забыться. Предаюсь мечтаниям: «теплый, уютный дом, мягкая кровать, любящая жена». Среди образов проскальзывает мысль: «Вся твоя жизнь – одно сплошное скитание во тьме жизни, наугад. А знать, куда идти – гарантированная скука». Коченеют руки. Чувствую: преграда пришла в движение. Возвращаюсь к обрыву. Страшно. Холод от камней уже ощущается спиной. Он начинает поглощать меня. Делаю шаг. Падаю. Секунда. Пять секунд. Я лечу в бездну. Положение отчаянное. Свеча продолжает гореть. Она – единственное, что осталось со мной. Пытаюсь поговорить с ней.
- Свеча... Ответь мне.
Она упорно молчит.
- Почему ты так безразлична ко мне, свеча?
Пламя слегка усилилось. «Посмеялось» - подумал я.
Оскорбленный, я погружаюсь в дрём. Странные, бессмысленные образы проносятся передо мной, хотя я продолжаю оставаться в сознании. Сон пожирает меня. Закрываю глаза.
Искры вспыхивают и исчезают перед моим взором. Они начинают всё больше походить на звезды. «Значит, я смотрю вверх». Видения становятся всё осмысленнее. Начинаю поворачивать голову вниз. Резкий удар. Брызги. Я наконец упал в реку. Чтобы не задохнуться, кладу голову на воду. Передо мной – каскад звездных скоплений, млечный путь. Всё небо, как оно было задумано в первый день Мироздания, наяву. Плыву по реке, любуясь звездами. Отвожу взгляд чуть влево – заснеженные горы будто смотрят в ответ. Река, очевидно, течет оттуда. Ощущаю: вода ведь ледяная! Она проникает в мой теплый, скрытый под добротной шубой рай. Становится холодно. Изо всех сил стараюсь выплыть. Целая вечность проходит в борьбе за жизнь. Безрезультатно: я всё еще плыву по реке. «Глубоко ли тут?» Решаю встать. Вода не доходит мне и до пояса. Спокойно дохожу до берега. Лучи солнца, вскарабкавшись на вершины Белогорья, арбалетным болтом устремились ко мне. Тепло вновь окутало мое изможденное тело. Рассвет предстал в своем великолепии, а светило, смотря как бы мне в душу, произнесло своим сиянием: «Чуден сон земной жизни посреди полной тьмы, неправда ли?».
