Максимка сидел на одном из подоконников длинного коридора детского дома и смотрел в окно. По мокрой от дождя дорожке шла в припрыжку Сонечка. Ее тонкие ножки в серых колготках и белых ботиночках отражались в лужах, усыпанных желтыми листьями.
Она крепко держала за руку "новую маму", словно боясь, что та снова исчезнет, и ни разу не обернулась... У Максимки сжалось все внутри от безмерной тоски и потери. Ему очень хотелось вот так же идти рядом с Сонечкой перепрыгивая лужи и смеяться, и больше никогда сюда не возвращаться!
В окно смотрел не только Максимка, а практически весь детский дом прилип к мутным стеклам. Это было целое событие, когда кого то из детей забирали из детского дома. Это было похоже на игру в лотерею. И кому то везло с выигрышем, а остальные в тайне завидовали и были уверены, что следующими будут они и так же будут идти в припрыжку и крепко держать за руку только свою маму...
Максимке было 4 года. Он был тихий, добродушный, дружелюбный и уступчивый мальчик. Он совсем не помнил свою маму, семью, дом, где родился и жил. Он ничего не знал о своей маме, только как то раз одна из воспитательниц детского дома с досадой бросила:"В кого ты такой бестолковый? Наверное, в свою мать!" Эти слова ему врезались в память очень отчётливо и с этого дня он решил стараться изо всех сил, чтобы больше его так никто не называл, потому что его мама самая лучшая! Очень ему было за нее тогда обидно.
А Сонечке повезло... Соня выиграла в лотерею.... дважды...
Год назад её уже провожали, все так же прильнули к окнам с замиранием сердца, и кто то даже всхлипывал и махал ручкой вслед. А через несколько месяцев её неожиданно для всех вернули с чемоданом, как котенка, с которым наигрались... Она две недели была сама не своя, ни с кем не разговаривала, даже с Максимкой, молча ходила как тень и впадала в истерики по ночам. Другие дети исподтишка подтрунивали над ней, дразнили, доводили до слез, пока никто из взрослых не видел и не делал замечания или не одергивал.
Но потом все притупилось, дети отстали и Сонечка стала как прежде дружить с Максимкой, словно ничего не произошло.
"Новая мама" для Сонечки нашлась через год, когда она уже забыла про тот скверный эпизод в своей жизни, потому что в возрасте трёх лет один год кажется целой вечностью - дети за многочисленными событиями своей жизни отвлекаются и детская память благополучно вымещает подобные события.
"Новая мама" Сонечки была молодой и красивой женщиной. У нее были длинные рыжие волосы и смеющиеся серые глаза. Лицо было густо покрыто веснушками. Когда она улыбалась, на щеках появлялись ямочки, Максимка их обожал и ему всегда хотелось провалиться в них пальчиком. Она была как яркое жёлтое солнышко на мрачном сером небе в их детском доме. Максимка ей искренне любовался, как и все остальные дети.
Когда она приходила, многие из ребят с интересом обступали ее со всех сторон и им очень хотелось постоять рядом, дотронуться, подержать за руку, настолько она казалась детям теплой, уютной и родной. Она всегда несла в себе праздничное настроение и счастье и часто угощала их сладостями, дарила маленькие подарки каждому, ласково гладила детей по голове. С ней ещё приходил и "папа". Он был высокий, серьезный, в очках, всегда смущённо улыбался и во всем поддерживал свою жену. Сонечка сразу полюбила своих "новых родителей'" и наивно Максимке заявляла, что она попросит, чтобы они и его забрали. И его обязательно заберут и они будут жить вместе! Так ей мечталось. Она ему была как сестра. Он очень переживал, что её совсем скоро не будет в детском доме и ему не с кем будет смотреть книжки, лёжа на кровате плотно прижавшись боком друг к другу, раскрашивать картинки яркими фломастерами, бегать за веранду и делать тайники с сокровищами в глубоких ямках под деревом. Он горевал и уже тосковал по Сонечке наблюдая, как она идёт к воротам детского дома, где ее ждёт другая жизнь, другие друзья, другой дом, а у него все останется прежним.
Сонечка дошла до ворот и остановилась. Потом обернулась и помахала ему маленькой ручкой. От неожиданности у Максимки потекли горячие слезы, вытерев их ладонью, он спрыгнул с подоконника и медленно побрёл с свою комнату. Ему было горько, горько и обидно.
На крыльце Сонечка обещала приходить к нему в гости, навещать его, играть с ним и приносить сладости, он молча кивнул и обнял ее на прощанье. Сонечка плакала навзрыд и говорила своей "новой маме", чтобы они Максимку тоже забрали потом, что он хороший мальчик, он ее друг и брат... "Мама" растерянно кивала, прятала свои самые добрые в мире глаза от его взгляда и с виноватой улыбкой, потрепала Максимку по волосам, заботливо застегнула молнию на куртке... И больше он их никогда не видел. Остались только воспоминания детской, ничем невосполнимой утраты на всю оставшуюся жизнь.
