Таким образом, свобода в материальном мире проявляется в своем наивысшем выражении как состояние самосознания, которое обеспечивает пространство для реализации своих подспудных идей, пусть даже и не имеющих прямого отношения к действительности. Для такой свободы не существует препятствий, она не ограничивается выбором из того, что есть, она ищет новые лакуны для реализации, быть может, совершенно бредовых идей самосознания и, скорее, носитель сознания погибнет, чем «механизм» освобождения пути сознанием совместно с волей для поиска нового перестанет работать.
В этом отношении свобода непобедима и абсолютна. И это понятно: развитие, сознания неостановимо.
С другой стороны, уровень природного сознания человека и уровень его самосознания может колебаться от крайне низкого до необыкновенно высокого. Соответственно и граней свободы может быть множество: от жалкого выбора из чего-то совершенно ничтожного до практически полного господства над жизненными обстоятельствами.
Свобода может замкнуться на время в себе, во «внутреннем пространстве» сознания, при слабом самосознании, если не видит сей момент путей для развития, а может дать команду человеку при его сильном духе пойти в атаку напролом без всякой надежды на победу, не желая жить во тьме неприемлемых обстоятельств. Это свойство, кстати, было названо пассионарностью, и ввел этот термин Л. Н. Гумилев. Однако объяснения подобного, как кажется, неразумного поведения человека, в отличие от сказанного выше, не было дано им (см., напр., Низовцев Ю.М. Движущая сила и источник развития человека и его сообществ. 2018. [Электронный ресурс]. Режим доступа: www.litres.ru).
Понятие свободы в данном контексте означает процесс определения сознанием пространства, необходимого для внедрения проекта, задуманного сознанием в состоянии размышлений. Сам процесс заключается в оценке возможностей решения задачи и поиске путей достижения поставленной цели в рамках определенного пространства действий.
Наличное пространство для внедрения проекта и совершения соответствующих действий может быть различным, что определяет степень проявления свободы – от ласкающего, если трудности невелики, до всесокрушающего, если они кажутся непреодолимыми.
Свобода как продукт изначальной неудовлетворенности сознания собой никуда не исчезает, а только меняет свои подходы к решению появляющихся задач, привлекая других людей или меняя направление движения. Главное для этого состояния сознания – не получение результата, а сам процесс, в ходе которого обнаруживается новое и неизведанное. Кстати, чтение книг, потребление всякой иной информации – это тот же процесс удовлетворения ненасытного стремления сознания к новому, не обязательно завершающийся конкретным результатом, но дающий ему пищу для ума.
Таким образом, в структуре сознания в отношении к человеческой деятельности свобода есть состояние, ответственное за выискивание «брешей» в устоявшемся порядке, а при их отсутствии – ответственное за разработку схем ликвидации существующих препятствий на пути к намеченной цели, преодолению которых способствует своим усилием воля, побуждающая человека действовать в заданном направлении. Сам по себе проект, идея без побудительной силы воли не может быть доведен до реализации.
Поэтому в данной, так сказать, «производственной» сфере сознание в виде свободы, продуцируемой неудовлетворенностью, выступает, как правило, в ипостаси виртуальной разрушительницы для создания возможности внедрения им же созданного проекта.
В отношениях между людьми как состояние сознания свобода часто теряет жесткость. Человек в этом состоянии сознания колеблется, выбирает, пытается договориться в клубке противоборствующих сил, идет на компромиссы. Дело в том, что выбирать в антагонистичном обществе, по сути, нечего: любой выбор – дорога в никуда. Поэтому свобода как состояние сознания здесь может выразиться только в игнорировании существующего порядка в пользу бескорыстного служения людям. А это, как известно, не сулит никаких вещественных благ. Искренних порывов подобного рода немного, но только этот путь отражает истинную степень свободы человека и ведет к повышению уровня сознания.
Всё это означает очень медленное, постепенное, но неизбежное расширение пространства свободы у сознания в сопротивляющемся этому мире: сознание в человеке со временем получает возможность перестать обращать внимание на условности бытия, его соблазны, собственные болезни, смерть собственного тела, тем самым, расширяя себя и переходя в иное состояние.
Это и есть истинный смысл жизни сознания в человеке и вместе с человеком.
Внутренняя свобода, то есть возможность внутреннего развития всегда остается у сознания, в любых условиях. Степень этой свободы зависит в основном от прошедших этапов развития сознания, опыта прежних жизней и, отчасти, от притока информации извне. Более совершенное и потенциально более свободное сознание всегда находится в противоречии с несовершенным внешним миром, хотя они и взаимно дополняют друг друга.
Поэтому это состояние сознания, всегда не удовлетворенное собой, находит опору для своего продвижения вперед, развития не только в себе, но и в своем окружении, которое состоит не только из природы, но и из других форм индивидуального сознания в людях, изменяя все застойное, стремясь к разрушению существующего порядка.
То есть вершиной проявления свободы сознания в человеке является внутренняя свобода, ничем не ограниченная, кроме «объема» внутреннего мира человека, отражаясь в его мыслях и чувствах.
Из всего вышесказанного следует, что свобода есть неизбывный продукт активности, ее непременное следствие, она проявляется в действиях человека как состояние неудовлетворенности его сознания собой, претворяющееся в выработку способов собственного изменения осознанно путем воздействия на наличное бытие с учетом его противодействия.