Весь мир - театр 8 глава

уехал.
- Он что же, не один был?
- Еще с ним был мужик.
- Какой из себя?
- Обыкновенный. В такой кепке молодежной с козырьком.
- Бейсболке?
- В ёй. Я его плохо видел, он с другой стороны к машине подошел... вроде лысый.
- Так он же в бейсболке был.
- С боков-то лысый... или бритый. Хрен разберешь
- Ну, дальше?
- А что дальше? Угнали и все. Часов двенадцать было. А в четыре или около, нашли ее. Вон за тем углом стояла. Под пожарной лестницей...
- И еще... у него мобильный телефон был?
- Не знаю. А телефон в машине есть. Для связи с диспетчером, да и так по городу если позвонить.
- Понятно. Спасибо за информацию
- Что он у вас-то натворил? Украл чего? С машины запросто в окно можно. Я вон рукой до подоконника достаю, а можно и ближе подъехать. Если чего, так спросить не с кого – удавили его. По пьяни или как, не знаю. Удавили да и бросили в овраг за парком троллейбусным. Вообще-то он сильно шпанистый был, срок отбывал за что-то. Не знаю. Бывало, пили вместе. Вот и все.
Все. Занавес. Не слышу аплодисментов.
- А дальше, Михалыч, дальше?
- А дальше ничего не было. Пришел водила, попрощались и укатили дальше. А я пошел спать.
- Хорошая версия. Нестыковки есть, но нужно проверить. Эксперты завтра с утра будут.
- А это, граждане, менты, уже ваше дело. А теперь, допивайте и валите отсюда. Мне еще в одно место надо заглянуть.
- Слав, нас выгоняют?
- Если хотите, можете, конечно, здесь еще сидеть, но мне пора идти...
- По творческим делам?
- Совершенно точно. Как раз по ним.
- Ладно, Михалыч. Задал ты нам... будем хлебать дальше это дерьмо.
- Судьба, однако.
- Иваныч, пошли. Черт, как тебя сейчас за руль?..
- Как только зажжжигание включу, сразу буду в норме. Бывай, Михалыч.
- До созвона.


Кто же мне эту мысль под череп загнал? Хоть убей, не помню. Всех, с кем сегодня общался, перебрал, так и не вспомнил. Будем думать, что сама в голове мысль, насчет «визита», под коркой шевелилась.
Проводил я ментов своих. Повезло еще, «патрульный катер» как раз подрулил, так что не пришлось Иванычу за руль садиться и «театральный разъезд» благополучно свершился. Что-то слабоком оказался Иваныч. А может, голодный целый день бегал? По полкило на брата только. Нет, «Карандаш», тот в порядке был, ничего не скажу, а вот «Чапай». В таком виде через Урал не переплыл бы, точно.
Проводил их, в общем. Прогулялся по «продуктам». На бульваре посидел возле памятника Льву Толстому. Собрался с мыслями и пошел нанести визит. Почти официальный, по крайней мере, так я рассчитывал.
Дом семиэтажный, «сталинской эпохи», длинный. Подъезд обыкновенный. Лифт. В Москве живу на пятом «хрущобном», без лифта и хожу пешком. Здесь примерно также. Пошел считать ступени. Уже между вторым и третьим этажом услыхал. Наши стальные двери, дешевые и без обивки, имеют тенденцию... на площадке, каждый пук в квартире слышен. Вот я и услыхал... голоса Ирины и Николая.

Конца нет жертвам, и они не впрок!
Чем больше их, тем более тревог.
Завидней жертвою убийства пасть,
Чем покупать убийством жизнь и власть.

Ну что, мой друг? Ты все один, в кругу
Печальных размышлений? Эти мысли
Должны бы умереть со смертью тех,
К кому они относятся. Что пользы
Тужить о том, чего не воротить?
Что сделано, то сделано.

Мы только
Поранили змею. Она жива
И будет нам по-прежнему угрозой.
Но лучше пусть порвется связь вещей,
Пусть оба мира, тот и этот, рухнут,
Чем будем мы со страхом есть свой хлеб
И спать под гнетом страшных сновидений.
Нет, лучше быть в могиле с тем, кому
Мы дали мир для нашего покоя,
Чем эти истязания души
И этих мыслей медленная пытка.
Теперь Дункан спокойно спит в гробу.
Прошел горячечный припадок жизни.
Пережита измена. Ни кинжал,
Ни яд, ни внутренняя рознь, ни вражье
Нашествие - ничто его теперь
Уж больше не коснется.

Успокойся.
Смягчи свой взор. Будь весел средь гостей
На нынешнем пиру.

Я буду весел,
Будь весела и ты и за столом...

Я нажал звонок и на последней фразе диалог прервал. Открыла, очень бледная, такая, что сразу и не узнать. Без слов и без улыбки, посторонилась, в квартиру приглашая.
Я не пошел. Зачем-то ухо свое потеребил и только смог выдавить.
- Ирина Борисовна, я только предупредить поднялся, что завтра репетиция с утра. В девять жду на сцене. Пока работаете в дубль, а там посмотрим. Приятных снов, если доведется спать...
Дверь медленно закрылась. Замок щелкнул два раза. Впервые, кончики пальцев дрожали, когда сигарету доставал.
Мне теперь кажется, я предчувствовал, что меня ждет ночью. Может так, а может... одним словом к одиннадцати часам я набухался. Я не привык пить в одиночку, но тут я выжрал бутылку водки в гордом одиночестве, без «Луны и Тени», закусывая сигаретным дымом. Последнее, что вспомнил, не раздевшись, заваливаясь на кровать, это фразу - «Пить из горла не интеллигентно, когда есть рядом пустая консервная банка».
У меня не было под рукой пустой консервной банки. Из горла я пил... хотя стакан был рядом.