Произведение «Весь мир - театр 13 глава» автора Иван Мазилин

13.

«По совету знатных мужей Луд отправился во Францию, чтобы попросить помощи у своего собственного брата, Лефелиса, который был «мужем большого ума и мудрости». Решив переговорить с братом так, чтобы об этом не узнали коронайды, Лефелис приготовил особо сделанную, длинную медную трубу, через которую они и побеседовали друг с другом. Коварные карлики не могли слышать, о чем именно говорили братья через эту трубу, они подослали злобного демона, который проник в трубу и стал нашептывать в нее разные оскорбительные словечки, чтобы поссорить братьев между собой. Однако те слишком хорошо знали друг друга, чтобы поддаться на такую лукавую уловку, и мигом выгнали демона, наполнив трубу вином.
Затем Лефелис посоветовал Луду захватить с собой в Британию горстку волшебных насекомых, которых он даст ему, и настоять их дома в воде. Когда вода достаточно пропитается их ядом, Луду останется только пригласить и своих подданных, и карликов якобы на совет, и неожиданно облить этой водой всех присутствующих. Обычным людям эта вода не причинит никакого вреда, а вот для карликов окажется смертельным ядом».
- Да, дустом их нужно было, дустом!
Я вздрогнул от неожиданности. Уже несколько часов подряд читаю кельтскую мифологию. Нашарил в Интернете. И на самом интересном месте, где вдруг появилась «труба», (можно читать как «трость»), меня так обламывают. Причем, прямо в ухо со своим «дустом». Хотел, было, без лишних слов... уже развернулся...
- Иваныч, тебе зверски повезло, что я твой голос узнал раньше, чем успел кулак сжать...
- По любому, не вышло бы. Я тебя в прицеле держал. Привет!
- Привет. Как меня нашел?
- Да, блин, тебя уже все собаки в городе знают.
- А если серьезно?
- Встретил Надежду. Проболталась, что ты «на отлете» в «нете» сидишь. Что накопал?
- Больше она ничего не болтала?
- А сам как думаешь?
- Думаю, что ты ее выпотрошил.
- А як же! Слушай, пошли отсюда. Пора «трубу» твою медную заполнять. Литр в нее войдет?
- Думаю, что и два войдет. Только извини, Иваныч, сегодня вздрагивать не будем, разве что по кружке пива. У меня спектакль на носу. Пошли, погуляем. Время есть?
- Не так чтобы... но часок найдем, почти месяц не виделись. Новостей навалом. Да и у тебя что-то сдвинулось. С этой «трубой»... Пошли, расскажешь.
- А где твоя тачка?
- Да, в ремонте уже неделю. Сыпаться начала.
Это сколько же я просидел у монитора? Темно уже стало на улице. Выходит, что часа четыре, не меньше. Вышли мы из Интернет-кафе и, буквально, через несколько домов занырнули в подвальчик, где, как утверждал «Чапай» было классное пиво. За кружкой пива... не за одной продолжили разговор.
Рассказываю ему о трости, о телефонном разговоре Марка в мае и вижу, что это ему не в новость, что-то он знает больше обо всем этом. Знает и помалкивает. Ну, а в таком случае, и тоже я кой-чего попридержу, сделаю на финал маленькую сенсацию. Иваныч у меня на мониторе видел только мифологию, а действительность-то покруче оказывается. А «побывал» я перед этим на торгах в Согби... нет, все же об этом рановато не то что рассказывать, но даже и думать. В день премьеры откроюсь окончательно.
- Иваныч, ты мне вот что скажи. Ты все это время знал, что у меня трость лежала?
- Нет. Я знал, что она должна быть. Только я думал, что ее давно уже в городе нет. Что удалось убийце эту хреновину заполучить. Ее, понимаешь, по всем дорогам ищут, на таможнях всех трясут, а она никуда и не исчезала. Ты ее заныкал и столько времени держал.
- Да я-то, откуда мог знать, что она какую-то ценность представляет?
- Да? А сам в английской мифологии чего тогда шарил? Колись, режиссер.
- Иваныч, ты в вещие сны веришь?
- Предположим.
- Приснилась мне одна дамочка, такого неопределенного возраста, что не захочешь ее ни в каком виде, и напела про эту трость. Мифологическое обоснование ее существования, как ты уже понял, я нашел, остается только выяснить, каким образом она попала сначала к Шекспиру, а потом к Марку. Соображаешь – «где село, а где имение»? И четыреста лет в придачу? Так что... «на свете много есть чудес, мой друг Гораций». Получается, что действительно из-за нее Марка грохнули.
- Получается, что теперь и тебя могут также грохнуть. Теперь-то она в твоем кабинете.
- Ну, так и заберите ее как вещдок.
- «Сократ»... ты знаешь, в три дня прилепилась к нему кликуха... так вот, «Сократ» говорит...
- Так ты что, и ему уже успел доложиться?..
- А ты как думал? Это же его дело. Его, понимаешь, дрючат каждую неделю, а улика по основной версии рядом.
- Ну, остается вам, господа менты, только выяснить, кто знал о ее ценности, кто захотел приобрести ее любой ценой. И, естественно, кто исполнил...
- Кое-что уже известно, говорить только рано...
- Ну и помалкивай. Думаешь, что сам не допру?
- Может быть, и допрешь...
- А отчего такой пессимизм в голосе? Я за ментовскими лаврами не гонюсь.
- Извини, устал я сегодня. Все, завязываем. Завтра рано вставать. Пошли, Михалыч.
- Что-то ты не договариваешь. Ну и черт с тобой. Пошли. Мне тоже завтра два прогона нужно выдержать. Только скажи... Круглова в этом следов нет ни с какого боку?
- Скажу только, что здесь дело покруче. Интерес из-за бугра имеется. Все, больше не спрошай... пока – рано.
- А когда будет, «пора»?
- «Пора» будет, когда всех фигурантов повяжем. И ты в живых останешься
- Бог в помощь.
- Будь осторожнее в театре.
- Да ты чего раскаркался?..
- Не боись, прикроем.
- Теперь выходит, что из меня «живца» сделали?
- Сам напросился.
- Ну, мужики, с вами наперегонки только...
- Не беспокойся жрать дерьмо не будем. И тебе не дадим. Но все же будь осторожнее. Лично прошу. Чуть что – стучи.
- Успокоил.
- Ну, все. Мне направо.
- Бывай.
- Перед премьерой зайди за контрамаркой.
- Я думал, забудешь...
- Не дождешься. Пока.

Я это называю «запредельным торможением». Психологи меня поправят, если что не так обозвал. И дело конечно не в количестве выпитого пива, все это ерунда. Просто накопилась усталость за последние несколько дней, сегодня немного расслабился и «предохранители» один за другим стали вылетать.
Чем ближе я подходил к театру, тем хуже мне становилось. Я даже не заметил, как на меня отреагировал Костя на вахте... точнее, я даже не помню, кто мне открывал дверь.
Я долго возился с ключом, а потом, не зажигая свет и не раздеваясь, буквально рухнул на застонавшую подо мной кровать. В темноте чуть не придавил Мортона. Он, с испугу, громко и коротко вякнул, сыпанул голубыми искрами и куда-то исчез. А я вырубился начисто. Полетел в какую-то черную дыру, в которой все проблемы земные можно рассматривать как далекую галактику в театральный бинокль...